Остроградский – Воеводский, или То, о чём не говорят

( Июль 2020, idb.kniganews )

Жанр сравнительных жизнеописаний всегда таит в себе неожиданные открытия и удивительно мощные параллелизмы. При важном условии, конечно, чтобы герои для сравнения были выбраны правильно…

В одной из недавних публикаций СМИ, посвящённых памяти выдающегося русско-американского математика Владимира Воеводского (1966–2017), для его независимого и трудно сочетавшегося с мейнстримом типа личности в качестве ближайших аналогов упоминали Галуа и Гротендика. То есть знаменитейших французских математиков, вплоть до конца жизни так и не вписавшихся в общепринятые нормы научного сообщества.

Гениальный Эварист Галуа (1811–1832), правда, погиб от ранения на дуэли в совсем ещё юном возрасте, абсолютно не понятый и отвергнутый академическим миром, а признание и славу получил лишь много десятилетий спустя после смерти. Александр же Гротендик (1928–2014), напротив, получил мировое признание уже в молодости, однако вскоре сам отверг академическую науку с её «неправильными» порядками и традициями, укрылся отшельником в глухой провинции, и там в добровольной самоизоляции дожил до 86 лет.

Что же касается Владимира Воеводского, то хотя и он, несомненно, тоже руководствовался всегда лишь собственными правилами, однако сильно отличался от Галуа и Гротендика своим куда более бесконфликтным характером. То есть он никого не обвинял, ни на кого не обижался, а просто жил и работал так, как ему нравилось. Поэтому академическая наука, с одной стороны нередко напрягалась от того, что Воеводский всё и всегда делает «не как все», но со стороны другой это не мешало ей признавать высочайший класс и новаторский уровень его математических достижений.

Побочным эффектом этого «мирного сосуществования» разных подходов к деланию науки стало то, что наиболее странные из занятий Воеводского, абсолютно неподобающие для авторитетного академического учёного, – его целенаправленные исследовательские контакты с потусторонним миром – официальным научным сообществом просто игнорировались. Этих исследований как бы и не было вовсе, практически никто из коллег ими не интересовался, а во всех официальных биографических текстах о Воеводском про эти его дела вообще не упоминают.

Самое же интересное, что именно этот примечательный аспект в биографии Воеводского напрямую сопрягает его жизнь с биографией другого выдающегося учёного, одного из знаменитых российских математиков XIX века, Михаила Васильевича Остроградского (1801-1861).

Если копнуть имеющиеся жизнеописания Остроградского чуть поглубже, то совсем несложно увидеть, что в весьма зрелые уже годы убеждённый материалист и учёный вдруг испытал преображение, активно занявшись общением с потусторонним «духовным миром» – в точности так же, как и Владимир Воеводский полтора столетия спустя.

Более того, если аккуратно сопоставить известные вехи-эпизоды в биографиях двух выдающихся учёных, а также психологические особенности их независимых личностей, то становится очевидно, что Михаил Остроградский – это и есть самый близкий аналог Воеводского в истории математической науки.

А скорее всего, перед нами просто разные инкарнации-воплощения одной и той же талантливой сущности, высоко продвинувшейся в своей эволюции…

Читать «Остроградский – Воеводский, или То, о чём не говорят» далее

Паули как психотравма

( Июль 2020, idb.kniganews )

Когда человека мучает сильная психологическая травма, это чревато серьёзными проблемами не только для физического здоровья или нормальной жизни, но и для жизни вообще. Поэтому все согласны, что такое состояние требует лечения. Но вот когда от последствий мощной психотравмы страдает коллективное сознание научного сообщества, то даже сам факт болезни обычно принято отрицать.

Есть в России одна совершенно замечательная газета под названием «Троицкий вариант – Наука» . Замечательна она не только тем, что постоянно публикует правдивые и содержательные материалы о состоянии дел в науке и обществе, но и тем, в особенности, что делают эту газету настоящие учёные. То есть не просто весьма компетентные в своём профессиональном деле специалисты, но и честные-отважные люди, открыто и аргументировано – с научных позиций – сражающиеся с враньём, воровством и прочими несправедливостями этого государства.

Но здесь, впрочем, речь пойдёт совсем о другом.

Речь пойдёт о том, что абсолютно всем людям, включая и самых умных, честных и порядочных учёных, свойственно иметь те или иные недуги. Болезни, страдания и расстройства как физического, так и психологического свойства. Но если коллективные физические болезни – вроде массовых вирусных эпидемий – ныне уже явно и отчётливо волнуют всех, то вот коллективные психические недуги пока что существуют словно невидимо. Сколь бы серьёзна такая болезнь ни была, общество её фактически не замечает, а потому и о необходимости лечения вопросов не ставится. Что вряд ли есть мудро.

Как же может выглядеть такое заболевание коллективного сознания, которое применительно к отдельным людям обычно именуют термином психотравма? Недавний выпуск газеты «Троицкий вариант» непосредственно связан именно с таким случаем массовой болезни – благодаря статье «Ярость Вольфганга Паули», рассказывающей об одном из малоизвестных эпизодов в истории науки (Выпуск ТрВ № 306 от 16.06.2020, с. 10–11 ).

Читать «Паули как психотравма» далее

Путешествие Обелиска, или Кто кого тут двигает

( Июнь 2020, idb )

Посреди главной площади древнего города стоит высокий гранитный обелиск. Общеизвестно, что обелиск нездешний и намного древнее города. Кто и зачем его сделал, где и когда впервые установил – на этот счёт, однако, достоверных сведений у науки нет. Но вот известные подробности вокруг истории этого монумента складываются ныне в удивительную и озадачивающую картину.

Площадь Св. Петра в Риме с точки зрения архитектурной композиции устроена и размечена весьма замысловатым образом. Главные оси овала, лежащего в основе формы площади, очень точно сориентированы по сторонам света. Этот факт подчёркивает огромный, размером на всю площадь прямой крест, выложенный мрамором на мостовой, так что одна – большая – перекладина креста соответствует оси Север-Юг, а вторая перекладина, соответственно, – оси Восток-Запад.

На изображение креста прямого наложен крест ещё один, косой, глубокие принципы геометрии которого были долгое время не совсем ясны, однако на сегодняшний день уже установлены вполне достоверно. И совершенно отчётливо привязаны к траекториям движения солнца по небосводу.

Высоченная игла гранитного обелиска, установленного в точке пересечения перекладин крестов — в геометрическом центре площади, иными словами — с давних пор используется как гномон солнечных часов. То есть тень обелиска служит в качестве стрелки, отмечающей на мостовой ход времени в течение дня. Но есть у обелиска, как выяснилось, и еще одна календарно-астрономическая роль, обнаруженная и подтвержденная исследователями лишь совсем недавно (Sparavigna, Amelia Carolina. Light and Shadows in Bernini’s Oval of Saint Peter’s Square. PHILICA Article number 540. November 8, 2015 ).

По периметру овала площадь окружена массивной колоннадой, края которой отмечают вход на площадь. Но кроме того, как теперь установлено, эти же края колоннады весьма аккуратно, с точностью до долей градуса, отмечают точки восхода солнца в дни летнего и зимнего солнцестояний. Иначе говоря, самую южную и самую северную точки восхода на горизонте, 21 июня и 21 декабря, соответственно.



На среднем фото: программа SunCalc в приложении для анализа спутникового снимка площади Св. Петра, полагая центром точку расположения обелиска. Жёлтые лучи линий соответствуют азимутам на точки восхода в дни летнего и зимнего солнцестояний.

Первооткрыватель этого примечательного и неоспоримого факта, Роберт Бьювал, широко известный энтузиаст «альтернативной истории», на данной основе написал целую книгу в ненавистном для серьёзных учёных жанре «типа нью-эйдж». Где достоверные факты легко переплетаются с собственными гипотезами и домыслами авторов, а в итоге получается такая историческая картина, в которой обычным читателям чрезвычайно сложно отделять правду от вопиющих фантазий, натяжек и подтасовок. (Серьёзная наука историков такими делами тоже грешит, бывает, но только обычно это устроено поскромнее, без ненужной сенсационности.)

Как бы там ни было, ни собственно книга Роберта Бьювала и Кьяры Гогенцоллерн под названием «Ватиканская ересь: Бернини и строительство Герметического Храма Солнца», ни суть её весьма спорных утверждений-домыслов здесь рассматриваться не будут совершенно никак. Что же будет рассмотрено в подробностях, так это достоверные факты из примечательной биографии древнего обелиска, стоящего в центре площади Св. Петра.

Ибо факты эти в своей совокупности оказываются столь необычны, что просто лишь они одни – вообще без всяких домыслов и фантазий – в итоге складываются в картину крайне странную и удивительную. Практически не поддающуюся рациональным объяснениям для современной науки…

Читать «Путешествие Обелиска, или Кто кого тут двигает» далее

Васцилляция Хайда, научные табу и просто совпадения

( Июнь 2020, idb.kniganews )

Убийство Джордано Бруно и разбившиеся инопланетяне под Розуэллом, феномены погоды и загадки ядерной физики, отмена Индекса запрещённых книг и «Цикл индекса» в Википедии. Какая связь может быть между столь разными вещами? Связь тут обнаруживается отчётливая – если обращать внимание на детали и «просто случайные совпадения»…

В 1948 году Ватикан прекратил издавать свой Индекс запрещённых книг, куда, в частности, входили все произведения Джордано Бруно. Несколько ранее, летом 1947, под городом Розуэлл, США, случилось падение летательного аппарата чрезвычайно необычного – инопланетного – вида. Местные военные, собравшие и спрятавшие обломки, сначала этот факт официально подтвердили, однако вскоре поспешно и нелепо сами себя опровергли.

Какая взаимосвязь может быть между двумя этими столь разными событиями? Кроме примерно одного и того же года в исторической хронологии, естественно. Взаимосвязь, если приглядеться, обнаруживается довольно интересная.

Спустя ровно полстолетия, в 1998 году, римский Папа Иоанн Павел II пригласил в Ватикан выдающегося российского математика Владимира Игоревича Арнольда. Впоследствии об этом визите Арнольд рассказывал так:

Наши беседы с Иоанном Павлом II были длительными и откровенными. Я прожил тогда в Ватикане несколько недель во время конференции Ватиканской академии наук, куда меня пригласили войти. Я, однако, отказался, сославшись на сожжение Ватиканом Джордано Бруно. Папа в ответ на мой отказ рассказал много интересного, в совершенно неформальных беседах.

Прежде всего он предложил вести эти беседы не по-французски, а «просто по-русски». Затем он объяснил, что Джордано Бруно, в отличие от Галилея, был осуждён за действительный проступок: он заявил, будто «наукой доказана множественность обитаемых миров». Бруно считал, что некоторые из них достигли более высокого уровня развития своей цивилизации, чем мы, и уже посылают нам сигналы, «к которым нужно только прислушаться».

«Откройте мне хоть одну внеземную цивилизацию — и я сразу реабилитирую Джордано Бруно!» — сказал мне папа.

На призыв папы «Откройте хотя бы одну…» имеет смысл обратить внимание.

В 1947 году инопланетяне вполне ясно предоставили людям Земли материальные свидетельства своего несомненного существования. Однако все эти вещи были поспешно и свирепо засекречены, что подтверждается тучей абсолютно достоверных документов и свидетельств (подробности см. в тексте «НЛО: история болезни»).

Ватикан, соответственно, уже в 1948 году аккуратно и без лишнего шума отказался от запрета на произведения Бруно, выжидая, так сказать, что будут делать теперь светские власти. А власти эти, как известно, далее в области раскрытия не сделали абсолютно ничего. Вместе с накоплением фактов ситуация с их засекречиванием стала только хуже. Соответствующим образом повёл себя и Ватикан. Раскройте известные факты об инопланетянах – и мы тут же реабилитируем Джордано…

#

Определённо имеет также смысл обратить внимание на время и место бесед, происходивших между Иоанном Павлом II и Владимиром Арнольдом. Год 1998, Папская академия наук. Что это за любопытное академическое заведение, и что ещё примечательного происходило тогда в данной области пересечения сфер науки и религии?

Читать «Васцилляция Хайда, научные табу и просто совпадения» далее

Фундамент Хопфа (геометрия и материя разума 3)

( Июнь 2020, idb.kniganews )

Сознание и материя, пространство и время – всё это разные стороны одного и того же. Единой живой системы, вполне поддающейся обстоятельным физико-математическим исследованиям. И осмысленным описаниям с любым уровнем сложности. Или же простоты. (Начало см. здесь и тут.)

(5) Сфера Паскаля и фибрация Хопфа: от страха к постижению

5.1_Начало науки – как начало Большого Страха

Четыреста двадцать лет тому назад, 17 февраля 1600 года, по приговору трибунала инквизиции в Риме заживо сожгли на костре Джордано Бруно. Чудовищно жестоким способом был публично казнён человек, не совершивший никаких преступлений – кроме «преступления мысли».

Конкретный перечень тех обвинений, что был выставлен церковью против Джордано, принято считать не сохранившимся. Не исключено, что в какой-то момент истории соответствующие документы были уничтожены совершенно умышленно. А может, и сохранились на самом деле, но остаются глубоко засекреченными в архивах Ватикана. История давняя и покрытая мраком, как говорится.

Как бы там ни было, суть идей и содержание учения Джордано Бруно никогда тайной не являлись, поскольку он совершенно открыто говорил об этом в своих лекциях и книгах. Отчего вскоре после казни еретика все его тексты были занесены Ватиканом в официальный список запрещённых книг и находились там вплоть до последней версии этого документа, издания 1948 года.

Более того, в отличие от истории с Галилео Галилеем, также репрессированным инквизицией «за вредные идеи» примерно в тот же период, но давно уже реабилитированным, куда более жестокая расправа над Джордано Бруно и поныне считается в Ватикане «исторически оправданной». Иначе говоря, идеи этого мыслителя даже сегодня расцениваются церковью как вредные, подлежащие осуждению и запрету…

По этой причине вполне естественно задаться вопросом: Что же такого особо интересного и возмутительного содержалось в учении знаменитого еретика-мистика, отчего его идеи до сих пор – спустя четыреста с лишним лет – неким авторитетным и весьма влиятельным инстанциям по-прежнему хотелось бы искоренить?

Читать «Фундамент Хопфа (геометрия и материя разума 3)» далее

Инфо-космо-логия

( Июнь 2004, kiwi byrd )

Взгляд на информацию как на первооснову нашего мира порождает и новый взгляд на интересные вопросы. Сколько информации требуется для того, чтобы описать всю вселенную целиком? И можно ли уместить это описание в память компьютера?

«Энтропия… Я тоже знал, что это такое. Но забыл. Хотя в наше время такого понятия не было.» – Военно-математический фольклор

«Информация: степень непредсказуемости сообщения; грубо говоря, информация — это то, что вы не ожидаете услышать. Информация в этом смысле может быть «истинной» или «ложной», но всегда непредсказуемой. По степени сопротивления новой информации судят о степени фундаментализма в культуре, субкультуре или отдельном человеке…» – Роберт А. Уилсон, «Новая инквизиция»

Всё — это информация

Физикам свойственно чувство юмора. Вот, к примеру, как выглядит оценка крайне некомфортной ситуации в физической науке, когда две основополагающие теории XX века — квантовая теория, описывающая микромир элементарных частиц, и общая теория относительности (ОТО), описывающая макромир звёзд и планет в терминах гравитационного искривления пространства-времени, — на протяжении всего столетия так и остались несогласованными, взаимно исключающими взглядами на природу:

Как говорится в одной старой шутке, всякий приличный физик по понедельникам, средам и пятницам является сторонником квантовой теории, по вторникам, четвергам и субботам — сторонником ОТО. А по воскресеньям он просто кающийся грешник, истово молящий у всевышнего ниспослать хоть кому-то (лучше всего, конечно, именно ему) так нужный ключ к «теории всего», то есть красивый и непротиворечивый способ объединения нестыкующихся картин мира.

Многим интуитивно понятно, что чересчур затянувшийся кризис — это признак какого-то очень важного упущения, чего-то принципиально недопонятого нами в природе вселенной.

Все больше теоретиков считают, что ключевой идеей, ведущей к «великому объединению» гравитации и квантовой теории, может стать переформулирование взглядов на природу не в терминах материи и энергии, а в терминах информации.

Читать «Инфо-космо-логия» далее

Путь Клиффорда (геометрия и материя разума 2)

( Апрель 2020, idb.kniganews )

Продолжение научно-мистического расследования о единых физических основах в устройстве Сознания и Времени, Пространства и Материи. Начало см. тут.

(3) Сто пятьдесят лет одиночества

Ровно сто пятьдесят лет тому назад, в феврале 1870 года, молодой и ярко одарённый английский математик Уильям Кингдон Клиффорд (1845 г.р.) сделал удивительнейший доклад для коллег по научному сообществу Кембриджского университета. Уже само название его доклада звучало довольно необычно: «О пространственной теории материи».

Если же говорить о содержании выступления Клиффорда, то по сути своей это было словно послание из далёкого будущего. Потому что озвученные докладчиком идеи об устройстве природы звучали в высшей степени необычно и фантастически не только для просвещённой публики того времени, но даже сегодня воспринимаются многими учёными как «светлые мечты о грядущей Теории Всего на основе геометризации физики».

Для остальной же части современного научного мира, впрочем, всё то же самое воспринимается сильно иначе. Не более чем смутные предчувствия последующих достижений Эйнштейна, а в остальном – оторванные от жизни фантазии.

Но как бы ни воспринимался сегодня тот удивительный доклад Клиффорда, в любом случае очевидно, что абсолютно никакого влияния на развитие физики и прочих наук в XX веке он не оказал. К великому сожалению не оказал, необходимо добавить.

Потому что неразрешимые гранд-проблемы, перед которыми оказалась нынешняя наука, если и не целиком, то в очень значительной степени связаны именно с тем, что был проигнорирован «путь Клиффорда». То есть вполне чётко намеченная научная программа или набор идей, осваивая которые Уильям Клиффорд намеревался в корне изменить взгляды науки на окружающий мир, на природу человека и на место нашего сознания в устройстве вселенной в целом.

Дабы логика и естественность этого прямого маршрута стали видны как можно отчётливее, имеет смысл на минуту вернуться к «журнальному Зачину» части первой. И ещё раз вкратце напомнить-сформулировать ключевые идеи наиболее продвинутых на сегодня исследований, пытающихся решать задачу встраивания Разума в Космос, подходя к этой проблеме сразу с нескольких разных сторон. С позиций физики и теории информации, психологии и философии.

Затем выделенные идеи передовой науки будут сопоставлены с пунктами давней «программы Клиффорда» и с теми результатами учёного, которые он сумел достичь всего лишь за неполные 10 лет, отпущенные ему судьбой на разработку своих планов. Причём сопоставление такое оказывается особенно впечатляющим, если принять также в учёт известные всем достижения научных исследований за последнюю четверть XIX века.

Но хотя достижения эти известны историкам науки вполне хорошо, рассматривать их в сопряжении с забытыми идеями и результатами Клиффорда пока что совершенно не принято. Не говоря уже о сопоставлениях тех же фактов с намного более поздними открытиями физиков и математиков на рубеже XX-XXI веков. А потому вот уже 150 лет остаются незамеченными и непонятыми чрезвычайно важные вещи…

Читать «Путь Клиффорда (геометрия и материя разума 2)» далее

Маленькие причуды египтологии

( Март 2020, idb )

Пока неспешно готовится к публикации очередной – криминалистический – эпизод для мини-сериала «Большие пустоты египтологии», природа и жизнь предложили такой сюжет для сопутствующих наблюдений и сопоставлений – а также недоумений...

В понедельник, 23 марта 2020, два издания – американский еженедельник NewsWeek и египетская газета Egypt Today – синхронно и очевидно неслучайно опубликовали материалы в точности на одну и ту же тему. И даже с одной и той же фотографией, официально изданной для прессы Министерством древностей Египта.

Фотография от министерства для целостности рассказа опубликована и здесь, а официальная подпись, её сопровождающая, гласит следующее: «Солнце, заходящее на плече Сфинкса, астрономический феномен, именуемый Равноденствие».

Заголовок соответствующей статьи в англоязычной газете «Египет Сегодня» звучит несколько более вызывающе, но при этом полностью выстроен на словах мирового авторитета и главного национального египтолога: «Хавасс: Солнце, садящееся на плечо Сфинкса, доказывает превосходство древних египтян» (Hawass: Sun setting on Sphinx’s shoulder proves superiority of ancient Egyptians. By Mustafa Marie. Egypt Today, March 23, 2020).

Данную небольшую заметку от египетской газеты имеет смысл перевести здесь целиком – для передачи национального колорита и особого духа науки египтологии, так сказать. А также для демонстрации прямых взаимосвязей между новостями высокой науки и результатами частных расследований kiwi-архива, ясное дело. Где, правда, тема «превосходства египтян» или любого другого народа над прочими может восприниматься разве что сугубо иронически, в лучшем случае…

Читать «Маленькие причуды египтологии» далее

Тёмная зона антропологии, или Лошадиная сила 2

( Февраль 2020, idb )

Чем больше наука узнаёт о самых ранних страницах в истории Человека Разумного, тем больше обнаруживается там удивительно трудных загадок. Самое же, быть может, странное, что в центре многих из этих тайн оказывается Лошадь. (Очередной текст мини-сериала, начало см. здесь  и тут).

Несколько лет назад (или в 2015, если кому-то важна точность в любых делах) под эгидой журнала Scientific American вышла весьма примечательная книга, несущая на обложке совсем простое название «Лошадь». Точнее говоря, если уж быть аккуратными и здесь, вместе с подзаголовком полное название книги выглядит так: «Лошадь. Эпическая история нашего благородного спутника» (Wendy Williams, «The horse: the epic history of our noble companion». Scientific American / Farrar, Straus and Giroux, 2015).

О подлинных масштабах этого эпоса выразительно говорят уже самые первые строки книги – с эпиграфами и цитатами от знаменитых биологов и натуралистов. Вот лишь два из характерных высказываний от разных, но равно глубоко погрузившихся в предмет ученых:

«Изучая лошадь, мы можем узнать не только о собственно лошадях, но также и о животных вообще, а на самом деле – о себе самих и о жизни в целом.»

«Нет никаких сомнений в том, что пока существует человечество, будут существовать и лошади. И это хорошо, потому что нам все еще надо так много о них узнать»…

Самая же первая глава этой книги носит название «Наблюдая диких лошадей» и начинается вот с какой истории большой загадки.

В давние-давние времена, примерно тридцать пять тысяч лет тому назад, когда основная часть Европы была накрыта щитами ледников, а первобытные люди жили в пещерах, некий неведомый художник раздобыл кусок бивня мамонта. Как этот материал к нему попал, мы не знаем, но знаем точно, что мастер тот владел совершенно феноменальным искусством.

Располагая всего лишь остро отточенными каменными инструментами, он вырезал из кости мамонта воистину шедевральное произведение. Поразительную по своей красоте фигурку лошади, где изогнутая шея скакуна изящно сочетает в себе мощь мускулатуры и простую естественную грацию…

Читать «Тёмная зона антропологии, или Лошадиная сила 2» далее

Сказки и мифы аэродинамики, или Как это летает?

В свежем выпуске журнала Scientific American (за февраль 2020) опубликована большая и занятная статья «Никто не может объяснить, почему самолеты остаются в воздухе» . Имеет смысл выложить здесь другой текст на ту же тему, подготовленный около десяти лет назад в рамках проекта «Книга новостей» . Подготовленный, можно подчеркнуть, на основе не только тех же фактов науки, но и тех же самых анекдотов из жизни.

КАК ЭТО ЛЕТАЕТ?

( Ноябрь 2011, idb.kniganews )

Биографы Альберта Эйнштейна нередко упоминают, что величайший из физиков XX века всегда живо интересовался проблемами гидро- и аэродинамики. Однако нелишне заметить, что это обширное поле исследований на всю жизнь так и осталось для ученого областью чисто дилетантского, по сути, любопытства. Ибо ни открытий, ни вообще сколь-нибудь заметных работ по гидродинамике в научном наследии Эйнштейна не имеется.

Был, правда, в его жизни небольшой эпизод, примерно в 1916 году, непосредственно связанный с задачами аэродинамики и воздухоплавания, но сегодня он вспоминается разве что как забавный анекдот. В ту неспокойную пору Эйнштейн работал в Берлине, на планете бушевали пожары мировой войны, а германская авиационная компания Luftverkehrgesellschaft (или кратко LVG) призвала всех сведущих ученых и инженеров принять участие в техническом усовершенствовании воздушного флота страны. Уклонившийся от службы в армии из пацифистских соображений и по причине плоскостопия, Эйнштейн, тем не менее, откликнулся на патриотический призыв LVG и тоже решил поучаствовать в конструировании более совершенных аэропланов.

Проштудировав доступную литературу, ученый с удивлением обнаружил, что физики, уже вплотную подступившиеся к наиболее фундаментальным загадкам микромира и устройства вселенной, при этом очень смутно представляют себе теоретические основы воздухоплавания. «Откуда берется подъемная сила крыла наших самолетов и птиц, парящих в воздухе? В этих вопросах царит полная неясность. Должен признаться, что и в специальной литературе я не мог найти на них даже простейшего ответа», – такими словами Эйнштейн начал свою небольшую статью «Элементарная теория полета и волн на воде», опубликованную в августе 1916 года. Эта работа, по мнению автора, не только давала внятное и общедоступное объяснение физическим основам полета, но и стала теоретическим обоснованием для новой конструкции крыла, придуманного Эйнштейном.

Хотя имя ученого в те времена уже было достаточно известно в кругах академической науки, до всемирной славы дело еще не дошло. Тем не менее, в LVG отнеслись к предложению Эйнштейна очень внимательно, и в 1917 году предложенный им новый профиль самолетного крыла (позже получивший название «кошачья спина» из-за горба в верхней части поверхности) уже проходил летные испытания на аэродроме. При первом же полете стало ясно, что аэродинамические качества у эйнштейновской конструкции абсолютно никудышные. Много лет спустя известный германский летчик Пауль Георг Эрхардт (1889-1961), лично испытывавший этот самолет, в письме Эйнштейну с юмором описывал свои ощущения от управления неуклюжей «беременной уткой» и то непередаваемое чувство облегчения, когда аппарат удалось-таки посадить на землю без аварии.

Читать «Сказки и мифы аэродинамики, или Как это летает?» далее