Игры, в которые играет Пенроуз

(Февраль 2002)

Работа в форме забавы под названием: «А потом прихожу я и говорю вот что…»

Roger-Penrose

Года два тому назад, когда газета «Нью-Йорк Таймс» брала у знаменитого британского ученого Роджера Пенроуза интервью в его рабочем кабинете в Оксфорде, журналистка не могла не обратить внимание на игрушки, тут и там рассованные по комнате. «Зачем это вам здесь?» — последовал вопрос. В ответ на него Пенроуз рассмеялся и обронил: «Наука и забава — вещи неразделимые»…

Довольно сложно пройти мимо того факта, что смысл этого диалога практически точно был воспроизведен тогда же, в 2000 году, и опять же в оксфордских декорациях, но только совсем другими людьми — профессором Дэвидом Дойчем и бравшим у него интервью Леонидом Левковичем-Маслюком.

Дойч сообщил, что работает почти исключительно дома. И тут же уточнил,что «работаю» — это не очень удачное слово для его занятий. Он скорее просто «делает то, что хочется». Решает задачи, смотрит телевизор, программирует, снимает анимационные фильмы, играет в компьютерные игры. Все эти занятия для него, собственно говоря, являются одним и тем же…

Когда слышишь такие признания, невольно всплывает слово «Лила». В индуистской философии этим термином обозначают разворачивающийся процесс познания Абсолютом самого себя. «Лила» с санскрита переводится как «забава» или «игра».

Наверное, не случайность, что эту «божественную игру» постижения себя и природы столь естественным образом осваивают наиболее яркие мыслители человечества. Один из них, безусловно, и «рыцарь науки» сэр Роджер Пенроуз — математик и физик, автор книг и преподаватель. Ученый, отмечающий в этом (2002) году свой 70-летний юбилей и считающийся одним из наиболее видных среди ныне живущих последователей Альберта Эйнштейна.

В 1960-е годы Пенроузом в совместных со Стивеном Хокингом работах были заложены основы современной теории «черных дыр». На рубеже 60-70-х им начата огромная, продолжающаяся и поныне работа по созданию «теории твисторов», в конечном счете призванная свести в единую стройную систему гравитацию и квантовую механику.

Penrose_tiling2

В 1970-е ученый сделал удивительное открытие совсем в иной области, подарив миру «мозаику Пенроуза» (как стала она в итоге называться), позволяющую с помощью пары плиток весьма простой формы мостить бесконечную плоскость никогда не повторяющимся узором.

В 80-90-е годы Пенроуз всерьез взялся за проблемы человеческого сознания и искусственного интеллекта, написав две весьма необычные книги — «Новый разум императора» и «Тени разума», — без преувеличения всколыхнувшие не только научное сообщество, но и широкую публику.

Однако все это, в конечном счете, проявления одной и той же забавы ученого под общим названием «А тут прихожу я и говорю…» Читать «Игры, в которые играет Пенроуз» далее

«4исла» со смыслом

(Впервые опубликовано – апрель 2007)

Малоизвестные факты и обстоятельства вокруг ТВ-сериала Numb3rs

Numb3rs

Видный российский математик Владимир Арнольд, по жизни прекрасно знакомый с современным положением науки как в нашей стране, так и за рубежом, в своих публичных выступлениях не раз отмечал, что нынешняя ситуация все больше напоминает ему картины из истории Римской империи.

Ибо, как известно, римлян, в отличие от тех же древних греков, собственно наука интересовала лишь в своих сугубо практических приложениях к двум главным дисциплинам – военному делу и архитектуре. А все остальные исследования, не имеющие отношения к военным победам империи и к ее прославлению в монументальном искусстве, не заслуживали у властей никакого внимания и, соответственно, материальной поддержки.

Роль архитектуры для имиджа нынешних ведущих в мире держав – это отдельная тема, которая здесь затрагиваться не будет. А вот крайне неблагополучная ситуация с финансированием научных исследований, далеких от разработки новых орудий убийства и устрашения, это действительно серьезная проблема для ученых и общества в очень многих государствах, начиная с самых богатых.

Дабы это не звучало голословно, имеет смысл привести конкретный пример из нынешних бюджетных сокращений, скажем, в Великобритании. Так, в феврале 2007 года британское правительство пересмотрело текущую программу государственного финансирования научных исследований, урезав их общий бюджет более чем на треть – со 196 млн фунтов стерлингов до 128 миллионов.

Среди наиболее пострадавших направлений оказались, в частности, такие: общие физические исследования (минус 29 млн), исследования окружающей среды (–9,7 млн), медицинские исследовния (–10,7 млн), физика частиц и астрономия (–3,1 млн).

Аналогичная, столь же унылая картина с госфинансированием науки характерна ныне и для США, как главной «империи» на политической карте современного мира, и для множества других стран.

Причем повсюду, что характерно, происходящее формируется как бы естественным образом, поскольку нынешние высшие круги политической элиты – это юристы, финансисты, бизнесмены, люди из силовых структур и разведки (что особо модно в последнее время), да еще раскрученные телевидением персонажи из индустрии развлечений (артисты, спортсмены, телеведущие). Кого в данных влиятельных кругах нет почти совсем – так это серьезных ученых.

Следствием же подобных раскладов становятся не только регулярные бюджетные сокращения научных исследований, но и то, что в обществе устойчиво наблюдается снижение уважения к науке, а профессия ученого становится все менее престижной. Причем, как замечено, специфическим индикатором данных процессов оказывается отношение публики конкретно к математике (что, впрочем, вполне объяснимо, если вспомнить известное изречение «в каждой дисциплине науки столько, сколько в ней математики»).

Руководители американской науки, давно привыкшие считать себя мировыми лидерами и потому особо болезненно реагирующие на перемены, воспринимают это, надо сказать, очень серьезно. Тем более, что международные исследования, сравнивающие математические достижения и уровень понимания науки на различных уровнях обучения, ныне регулярно показывают, что США существенно отстают от других индустриальных стран.

Среди главных тому причин называются негативное отношение к математике со стороны родителей, учеников и студентов, и даже со стороны преподавателей начальной школы, которые, возможно невольно, передают свою собственную антипатию подрастающему поколению.

В этих условиях одним из важнейших вызовов для науки становится отыскание эффективных средств для изменения восприятия математики в народе с одновременным формированием в корне иного ее образа – как повсеместно применяемого и очень важного для всех прочих дисциплин инструмента, ощутимо влияющего на множество самых разных сторон повседневной жизни.

А коль скоро главнейшим средством воздействия на сознание (и подсознание) публики на сегодняшний день является телевидение, то именно на него обращается главное внимание в попытках пропаганды науки вообще и математики в частности.

По этой причине вряд ли следует удивляться, что в 2006 году на ежегодном симпозиуме AAAS, очень влиятельной в США национальной Ассоциации содействия развитию науки, одна из главных сессий (собравшая битком набитую аудиторию) была целиком посвящена обсуждению «Numb3rs», нового криминального сериала компании CBS, – как примера чрезвычайно успешного ТВ-проекта, ощутимо изменяющего в глазах общественности восприятие математики и науки в целом. Читать ««4исла» со смыслом» далее

Человек «Ренессанса»

(Впервые опубликовано – февраль 2008)

История о большом ученом, ставшем миллиардером сугубо научными методами.

jimsimons1

Его зовут Джеймс Саймонс

Года полтора назад в некой большой обзорно-аналитической статье, посвященной программам-роботам или «автоброкерам», занятым торговлей на биржах вместо людей, промелькнул интересный факт.

По свидетельству одного из ведущих российских специалистов в области финансовых рынков, Василия Якимкина, нынешний спрос на таких роботов столь велик, что, к примеру, большинство аспирантов мехмата МГУ (специалистов по теории вероятностей) имеют контракты с американскими брокерскими домами на создание алгоритмов и программ автоброкеров.

Сам Якимкин, правда, и к этому ажиотажу, и к эффективности роботов-трейдеров вообще высказал весьма скептическое отношение, расценивая данную технологию как вспомогательную и применимую лишь для весьма ограниченного класса задач.

Материал, который будет изложен далее, вовсе не ставит перед собой цель «опровергать» точку зрения авторитетного эксперта.

Здесь просто будет рассказано о бесспорно выдающемся человеке по имени Джеймс Саймонс (James Harris Simons) и о его фирме Renaissance, которая торгует на фондовых, валютных и товарных биржах без опоры на трейдеров-людей – только на основе математических алгоритмов. Причем функционирует эта система исключительно успешно, принося ее создателям стабильный и весьма приличный доход на протяжении вот уже третьего десятилетия.

До недавнего времени о Саймонсе практически ничего не знали даже люди, профессионально занимающиеся финансами. Это, конечно, не случайность, ибо в бизнесе Саймонса секретность считается важнейшим ключом к успеху, а сам он всегда старается держаться в тени.

Впрочем, когда в 2005 году стало известно, что Саймонс затевает новый хеджевый фонд RIEF на 100 миллиардов долларов, его заметили даже люди, весьма далекие от финансовых рынков. (Хеджевые фонды – от hedge, «защита, ограда» – создаются для защиты активов от инфляции и прочих финансовых рисков. Обычно для скромной, но гарантированной прибыльности хеджевых фондов их не делают очень большими, а деньги вкладывают в стабильно растущие бумаги.)

Тогда-то и стало широко известно, что Джеймс Саймонс является бессменным руководителем и мозгом наиболее успешной в мире фирмы-менеджера хеджевых фондов, Renaissance Technologies Corporation. Которую он сам же и создал, в свое время оставив весьма успешную научную карьеру в области математики и заработав впечатляющее состояние, ныне измеряемое не одним и не двумя миллиардами долларов.

Еще одна, наиболее, пожалуй, привлекательная особенность этого человека заключается не в его гипер-успешном бизнесе и заработанных по научной системе миллиардах, а в том, что он с этими деньгами делает.

В отличие от множества других миллиардеров и мультимиллионеров, коллекционирующих произведения искусства, поместья и замки, самолеты и лимузины, Саймонс регулярно отдает кучу денег на фундаментальные и прикладные научные исследования в областях от физики до медицины. А также энергично участвует не только в финансовой, но и организационной поддержке инициатив по развитию математического образования в школах США. Читать «Человек «Ренессанса»» далее