На самом деле ЭТО устроено так… (наш мир как голографический симулятор: итог)

(Октябрь 2019, idb )

Третья – она же финальная – часть аналитического обзора. В Части 1 , можно напомнить, собраны аргументы «Против» тестирования фундаментально важной научной гипотезы. В Части 2 , соответственно, аргументы «За». Ну а здесь пора рассказать о том, как реально устроен этот мир, отчасти и впрямь похожий на компьютерную игру-симулятор. Только в действительности картина выглядит куда более удивительно. И просто очень красиво.

Великая объясняющая сила изображений-иллюстраций заключается в том, что суть их содержания можно, в принципе, ухватить буквально с одного взгляда. Но чтобы важная суть была действительно ухвачена, для начала надо подготовиться и отчетливо представлять, а что, собственно, здесь изображено-то. То есть «знать контекст», иными словами…

Уникальная ценность помещенной в заголовок иллюстрации заключается в том, что изображен здесь отец теории информации Клод Шеннон, ясно и наглядно всем демонстрирующий, сколь хитроумно устроены все люди и сколь неразрывно сцеплены-переплетены на самом деле природа нашего сознания и физика окружающей нас реальности. Тонкая ирония ситуации, однако, заключается в том, что сам Шеннон о своём очередном фундаментальном открытии даже не догадывается, судя по всему. Ибо явно уверен, что эффектно решена им тут совершенно иная, сугубо прикладная компьютерная задача.

Как известно, одни и те же факты или картинки в различных контекстах нередко могут означать и прояснять в высшей степени разные вещи. И для того, чтобы поместить на редкость полезную, но весьма древнюю – почти 70-летней давности – иллюстрацию в тот контекст, который полностью соответствует целям предпринятого здесь обзора «про нашу реальность как симуляцию», рассказ имеет смысл начать с событий совсем свежих, происходящих в буквальном смысле прямо сейчас. А уже затем постепенно и органично вернуться от них к фундаментально важным, но по сию пору недооцененным открытиям Клода Шеннона.

Читать «На самом деле ЭТО устроено так… (наш мир как голографический симулятор: итог)» далее

«Наука может и должна это доказать…» (Наш мир как голографический симулятор: Часть 2)

(Сентябрь 2019, idb)

Если предыдущая Часть 1 обзора собрала в себе аргументы за то, чтобы человечество и думать не смело о проверке удивительной научной гипотезы, то теперь, в следующей части, пойдет речь о доводах и причинах, по которым заниматься тестированием и доказательствами здесь непременно надо.

«Вы – симуляция. И физика может это доказать.»

Вряд ли требуется объяснять, почему наиболее содержательные вещи о гипотезе «наш мир как симулятор реальности» могут нам поведать ученые двух специальностей – физики и компьютерщики. Одни профессионально занимаются всесторонним изучением свойств и устройства окружающего мира, начиная с фундаментальных основ. Ну а другие, соответственно, являются главными специалистами во всем, что касается компьютерного моделирования – как нашей реальности, так и любой другой.

Об ученых-компьютерщиках речь пойдет чуть далее, а среди знаменитых и авторитетных ученых-физиков, активно выступающих в поддержку гипотезы симуляции, одним из наиболее заметных является, несомненно, Джордж Смут. Астрофизик и космолог, лауреат Нобелевской премии по физике 2006 года и просто широчайшей эрудиции человек, питающий слабость к масс-медиа и саморекламе. Охотно выступающий не только с научно-популярными лекциями, но и участвующий «в роли самого себя» то в ТВ-сериале «Теория Большоого Взрыва», то в любимой у зрителей телевикторине «Умнее ли вы пятиклассника»…

Особо оттенить вот эту – популистскую, так сказать – сторону большого ученого необходимо по нескольким причинам. Во-первых, для науки это вовсе не всегда плохо (тот же Эйнштейн отличался подобной слабостью к эпатажным заявлениям и частому появлению в заголовках новостей, однако мало кто сделал столько же для подъема престижа науки в умах народных масс). А во-вторых, гипотезу о нашей реальности как симуляторе втайне разделяет, быть может, и гораздо больше ученых, но только далеко не все решаются говорить об этом открыто, заботясь о карьере и опасаясь насмешек со стороны коллег из мейнстрима «серьезной науки».

Астрофизик же Джордж Смут имеет в науке не только очень серьезный авторитет, подкрепленный множеством самых престижных наград, но и несколько весьма солидных постов-должностей в разных университетах Америки, Европы и Азии. Иначе говоря, ученый абсолютно не ощущает себя скованным условностями научного сообщества и высказывается публично обо всём, что считает правильным. В том числе, и о нашем мире как виртуальной реальности, созданной неведомо кем.

Пять лет тому назад, в 2014, Смут сделал, в частности, на данную тему целый доклад, предназначенный для широкой публики и озаглавленный следующим откровенно провокационным образом: «Вы симуляция, и физика может это доказать» (George Smoot, «You are a Simulation and Physics Can Prove It». Lectures at TEDxSalford Conference, 11 February 2014 ). Как видеозапись, так и полный текст этой лекции несложно найти в интернете, здесь же достаточно воспроизвести лишь суть доводов ученого.

Прежде всего, как и практически все остальные сторонники данной гипотезы, Смут настоятельно рекомендует начинать размышления на эту тему с таких позиций. Просто представьте себе простейшую компьютерную видеоигру типа пинг-понга и оцените темпы прогресса. Всего три десятка лет назад, в 1980-е годы эта игра выглядела на ТВ-экране для как два плоских подвижных прямоугольника, управляемых игроками и изображающих «ракетки», а между ними прыгал кружок «шарика». И сравните это с нынешними шлемами и манипуляторами виртуальной 3D-реальности – где игроки уже «почти реально» играют в настольный теннис, физически двигаясь вокруг виртуального стола, ощущая в руке виртуальную ракетку и даже тактильно чувствуя отдачу при ударе по виртуальному шарику…

Поскольку отрицать гигантский и быстрый прогресс человечества на данном направлении просто невозможно, далее Смут предлагает на этой основе поразмышлять вот о чем. Игрушки – это лишь тривиальный пример, серьезный же вопрос ставится о возможностях реалистичного моделирования мира в целом. И вот тут для дальнейшего развития цивилизации обнаруживаются три существенно разных возможности или выбора, причем один из этих путей с необходимостью должен быть истинным.

Три этих варианта можно представлять как своего рода двери – пронумерованные как номер 1, номер 2 и номер 3. Что же находится за этими дверями, если каждую из них приоткрыть и заглянуть?

Первая дверь такая. Человеческая цивилизация в обозримом будущем навряд ли сумеет достичь такого уровня технологической зрелости, который позволял бы порождать симулированные реальности. Или, формулируя то же самое чуть иначе, этот вариант невозможен просто по техническим причинам (здесь же сразу полезно припомнить, сколь впечатляющий прогресс уже совершен нами в этой области всего за 30 лет).

Вторая дверь, где технически это возможно, ведет вот куда. По всей-всей вселенной сравнимые с нами цивилизации, уже достигшие соответствующего уровня технологического развития, решают НЕ создавать компьютерные симуляции столь крупных масштабов, когда вероятность оказаться симулированным существом оказывается намного выше, чем вероятность быть существом реальным. Так что здесь, в данных условиях, именно таким же должен быть и наш выбор. Да, конечно, другие варианты выбора тоже возможны, но все они в высшей степени маловероятны, так что мы с уверенностью можем их все исключить.

И, наконец, вариант или дверь номер три. Во вселенной необозримое число продвинутых цивилизаций и очень-очень многие из них технически способны на крупномасштабное моделирование виртуальных реальностей. В этих условиях практически любое разумное существо – с таким же как у нас общим опытом – почти наверняка окажется живущим внутри симуляции. И это, среди всех прочих, будем и мы с вами. Просто из элементарных соображений теории вероятностей и статистики…

И вот теперь подумайте хорошенько, предлагает Смут, какой из этих трех вариантов наиболее вероятен?

Поскольку ответ для лектора вполне очевиден, далее естественно перейти к следующему вопросу. Насколько проработанными в деталях и насколько точными в механизмах движка будут такого рода симуляции реальности?

Из собственного большого опыта ученых в моделировании физики, наука уже хорошо знает, что ответы на данные вопросы упираются, прежде всего, в вычислительную мощь наших компьютеров. Для того, чтобы создать симулятор реальности действительно хорошего качества, необходимо иметь чрезвычайно мощную вычислительную систему и очень хорошее программное обеспечение, способное гладко и достоверно воспроизводить физику моделируемого мира.

Всё это ученым ясно и понимается очень хорошо. Но столь же ясно и то, сколь большой и впечатляющий прогресс имеется у компьютерной науки именно на данном направлении (достаточно просто взглянуть на уровень нынешних 3D-симуляторов и массово-распределенных ролевых игр с миллионами участников – не говоря о том, что мы еще увидим завтра)…

А что, интересно, может сказать нам наука относительно симуляций, устраиваемых другими цивилизациями? И здесь ученые знают ныне намного больше, нежели 30 лет тому назад. В частности, гигантский прогресс сделан нашей физикой в области наблюдений и исследований космоса. Мы обнаружили свыше 2 000 звезд, имеющих вокруг себя планетные системы. И теперь мы знаем, что лишь в одной нашей галактике существует по меньше мере порядка миллиарда или более того планет, пригодных для обитания. В целом же вселенная имеет примерно 100 миллиардов галактик, предоставляющих от 10^20 до 10^22 таких мест, которые пригодны для жизни – в зависимости от того, что вы считаете приемлемыми условиями для зарождения жизни, а затем и для появления развитой цивилизации.

И в таких вот условиях задумайтесь, предлагает Джордж Смут, каковы шансы того, что именно наша Земля – это наиболее продвинутая и развитая цивилизация, обладающая наибольшей вычислительной мощью во всей вселенной? Шансы на это, по скромному мнению лектора, примерно такие же, как и на то, что мы абсолютно исключительные и вообще впереди вселенной всей…

Но коль скоро вариант такой представляется Смуту в наивысшей степени маловероятным, то тогда и главный вопрос начинает звучать так. Так что же это могут быть за симуляции, которые запускаются сильно продвинутыми в своих возможностях существами? Причем вопрос этот следует формулировать даже еще интереснее: а станут ли симулируемые существа сами запускать, фактически, и свои собственные симуляции? И если уж мы симулированные персонажи, то не запущены ли и нами самими симуляции внутри наших симуляций, когда симуляции уходят все глубже и глубже?

Если анализировать, как устроены подобные вещи, то может оказаться, что даже те люди, которые играют с нашей симуляцией, не знают наверняка, а не являются ли и они сами чьей-то симуляцией еще. И это весьма интересный тут момент, потому что он порождает и этику, и массу других вещей. Ибо может существовать кто-то свыше, кто постоянно за вами наблюдает…

Читать ««Наука может и должна это доказать…» (Наш мир как голографический симулятор: Часть 2)» далее

Важная сторона жизни математика Воеводского (и почему её пытаются скрывать)

(Август 2019, idb)

Пока ученые старательно закрывают глаза на то, чего не понимают, они не смогут постичь не только природу, которая нас окружает, но и устройство самих себя. Если же кто-то из людей науки смотрит на всё непонятное открытыми глазами, то остальные воспринимают это как нечто постыдное и запретное. Такой вот занятный рефлекс.

Ровно семь лет тому назад, летом 2012, на блог-страницах ЖЖ или «Живого Журнала», который в ту пору еще не придушили заботливые руки властей, было опубликовано в высшей степени примечательное интервью. Дал это интервью знаменитый и общепризнанный научный авторитет, математик Владимир Воеводский. А примечательным там было то, что публично, да еще столь откровенно на затронутые Воеводским темы в большой науке говорить не принято. В делах религиозных такого рода запреты именуют табу.

Табу – вещь серьезная, как известно. Поэтому, наверное, абсолютно нигде в официальных средствах массовой информации (личные блоги коллег-ученых в счет не идут, естественно) о той весьма важной стороне в жизни ученого, про которую рассказал в этом интервью Воеводский, никакой информации не публиковалось. Хотя именно в тот период развернутых рассказов и о самом ученом, и о затеянной им революции в основах математики появлялось в прессе немало.

Два года тому назад, в сентябре 2017, математик Воеводский скоропостижно и абсолютно неожиданно для всех скончался совсем еще нестарым и полным творческих сил человеком. Большая наука с почетом проводила своего героя в последний путь, в память о Воеводском были устроены представительные научные конференции и в США, где он постоянно жил и работал, и в России, где он родился, жил в молодости и физически похоронен в итоге.

В общем же духовно-интеллектуальном итоге жизни и творчества Воеводского всё как-то само собой сложилось так, что очень важная часть из 10 последних лет его жизненного пути оказалась полностью выпилена. Как будто её и не было вовсе. Что, конечно же, в корне неправильно. Ибо для потомков и последователей из статей энциклопедий и СМИ вырисовывается не честная биография дел и исканий большого ученого, а обструганная-залакированная пост-правда и обман умышленных умолчаний. Причем умалчиваются тут вещи принципиальной важности.

В период 2006-2008 гг. ученый-математик поначалу спонтанно, а затем и вполне осознанно пережил мощнейший и продолжительный мистический опыт, в корне изменивший для Воеводского всё. И отношение к главному делу жизни, т.е. к науке, и отношение к людям с иными взглядами, которых он прежде совершенно не понимал, и собственные взгляды на устройство природы, включая устройство своего сознания и тела…

Нельзя сказать, что это было «великое просветление». Как ученый и аналитик, Воеводский отлично осознавал и с готовностью признавал, что понял далеко еще не всё. Но и лично пережитого-постигнутого было более чем достаточно, чтобы увидеть всю глубину кризиса науки и непонимания сути природы в современной научной картине мира…

Единственное, вероятно, интервью Воеводского, где он спокойно и открыто рассказывает обо всех этих интересных, в высшей степени необычных вещах, остается на сегодняшний день все еще доступным в своем исходном виде. И по-прежнему лежит на сайте Живого Журнала, хотя сам автор беседы, математик-жонглер-мистик-писатель Роман Михайлов давно уже эту площадку покинул – как и большинство прочих популярных ЖЖ-блоггеров, по известным всем причинам.

С другой стороны, тенденции с нарастающей веб-цензурой и общий опыт подобных интернет-публикаций свидетельствуют, что оригиналы такого рода текстов в любой момент могут исчезнуть (не оставив следов ни в хранилищах интернет-архива, ни в кэшах Гугла). По этой причине столь ценные для истории материалы имеет смысл как можно больше размножать в онлайне и распределять по хранилищам Сети.

Здесь, в частности, и делается примерно такая вещь – размещением большого и особо интересного фрагмента интервью именно о том, что официальная наука упорно продолжает игнорировать.

Читать «Важная сторона жизни математика Воеводского (и почему её пытаются скрывать)» далее

Вершины погибших альпинистов, или Риски и потери научного гностицизма

(Август 2019, idb)

Реальные события в жизни науки порой напоминают фантастический мистический триллер. Если знать контекст и обращать внимание на детали происходящего.

Три месяца тому назад, в мае 2019, была отмечена череда странных и загадочных событий вокруг одного из наиболее содержательных в интернете сайтов о новостях большой науки. Обстоятельства падения этого науч-поп-сайта предоставили и естественный повод для рассказа о Великой физико-математической Гипотезе. Доказательство которой сулит в итоге самые радикальные преобразования основ для всей науки человечества (подробности см. в тексте «Тонкое искусство внимания к деталям»).

Своего рода стержнем, вокруг которого был выстроен тот рассказ, послужило эссе нынешнего директора принстонского Института передовых исследований, физика-теоретика Роберта Дейкграафа. Цитируя текст дословно, эссе начиналось такими словами:

Если сравнивать науку с восхождением альпинистов, то в математике роль высочайших горных вершин играют великие гипотезы. То есть четко сформулированные утверждения, которые скорее всего верны, но для которых пока что не найдены строгие доказательства…

Метафора с покорением вершин альпинистами показалась автору настолько привлекательной, что ею же он и завершил свою статью:

Итак, в конечном счете поиск решений для великих гипотез имеет нечто общее с экспедициями скалолазов, взбирающихся на самые высокие из горных вершин. И только потом, когда все возвратятся домой целыми и невредимыми – в независимости от того, удалось им достигнуть цели или же нет – становится ясен полный масштаб предпринятого приключения. Вот тогда-то и наступает время для рассказов о героическом восхождении…

К великому сожалению, сравнение это – отнюдь не только лишь красивая художественная метафора Дейкграафа. И покорение великих физико-математических гипотез не только в переносном, но и в самом прямом смысле имеет довольно много общего с весьма опасными для жизни занятиями альпинистов и скалолазов.

Иначе говоря, как и при реальных восхождениях на сложные горные вершины, здесь не всем удается вернуться целыми и невредимыми. И трагическая безвременная гибель кого-то из участников здесь тоже, увы, далеко не редкость. Причем теряет наука в таких случаях, как правило, людей наиболее сильных и талантливых. Продвинувшихся дальше и выше остальных.

Иногда это может выглядеть как результат неожиданного сбоя-приступа в работе организма. Иногда – как итог тяжелого неизлечимого заболевания или глубокой депрессии. Иногда – как несчастный случай в быту или на отдыхе. А иногда и буквально – как гибель альпиниста при восхождении на очередной труднодоступный пик…

В первых числах августа этого года французское издание Le Messager опубликовало совсем коротенькое сообщение об очередной трагедии на альпийских склонах Шамони. Известнейшего в народе места, знаменитого как родина альпинизма. Поскольку текст печального сообщения на этот раз содержал всего несколько фраз, здесь можно дать его полный дословный перевод.

Еще одна драма на Монблане. Очередная беда случилась утром в субботу, 3 августа, где в Шамони два альпиниста-американца предприняли восхождение на вершину l’aiguille du Peigne (пик Гребень). Когда они двигались по скальному массиву, то первый, 47-летний мужчина, упал с высоты 100 метров из-за разрыва веревки. Врачу-спасателю, прибывшему на место происшествия, оставалось только констатировать, что организм альпиниста не выдержал такого падения. Другой американец-напарник, 49 лет, остался невредим.

Практически у всех читателей-скалолазов, читавших и комментировавших это сообщение, текст новости сразу же вызвал недоумение и вопросы. По той причине, прежде всего, что веревка альпинистов – это надежный технический инвентарь, с запасом рассчитанный на большие нагрузки. И под весом тела человека такая веревка оборваться никак не может. Если чем-то острым её перерезало, то да, разрыв возможен. Но тогда виной трагедии является отнюдь не веревка…

Иначе говоря, в истории явно недостает подробностей, важных с позиций обеспечения максимальной безопасности в столь серьезном и полном рисков занятии, как восхождение на горные вершины.

Но никаких более содержательных сведений о деталях произошедшего, к сожалению, увидеть опубликованными здесь не удалось. Наверняка важные подробности мог бы рассказать альпинист-напарник погибшего, однако его для расспросов почему-то никто не разыскал, похоже. И даже имя этого человека нигде в СМИ не упоминается.

Но зато очень хорошо известно имя погибшего. Стивен Габсер – блестящий ученый и профессор теоретической физики. А еще – по какому-то престранному стечению обстоятельств – не только хорошо знакомый коллега Роберта Дейкграафа из-за общих интересов в области теории струн, но и близкий его сосед по общему месту жительства в городе Принстоне, славящемся своими передовыми научными центрами…

Ну а самое главное – и особо здесь грустное – заключается в том, что Стивен Габсер был одним из представителей весьма особенной плеяды ученых. Тех исследователей, кто ближе всех сумел приблизиться к покорению наиболее трудных научных высот вокруг Великой гипотезы. И неожиданная гибель Габсера на отдыхе во Франции – это уже четвертая, как минимум, безвременная потеря в данной немногочисленной группе восхождения за последние два года.

Откуда понятно, наверное, что и в таком очевидно рискованном деле, как продвинутые теоретические исследования на опасных направлениях, желательно знать как можно больше технических подробностей и деталей об обстоятельствах тяжелых потерь и трагедий…

Читать «Вершины погибших альпинистов, или Риски и потери научного гностицизма» далее

Гностицизм апостола Павла

(Март 2018, сюжеты НБКР)

Священные тексты всех основных религий планеты естественным образом входят в число наиболее читаемых книг человечества. Но читают, ясное дело, как правило не оригиналы, а переводы, причем зачастую адаптированные и/или искаженные. Если же исходные тексты перевести тщательно и аккуратно, то обнаруживаются большие сюрпризы.

Есть в англоязычном мире такой ученый-религиовед по имени Дэвид Бентли Харт, наиболее известный как исследователь Восточной Ортодоксии (у людей русскоязычных именуемой Православие), а также как философ, писатель и комментатор-культуролог. Работает Харт в Институте передовых исследований Нотр-Дам, в общей сложности написал около десятка книг, здесь же рассказ будет о самой последней его работе – по сути дела, о работе сугубо переводной. Но при этом все равно весьма примечательной.

Книга вышла в прошлом году и называется совсем просто «Новый Завет: перевод» (David Bentley Hart, «The New Testament: A Translation«, Yale University Press, 2017). А вот о том далеко не простом контексте, в условиях которого работа готовилась, автор рассказывает в своей недавней статье, опубликованной онлайновым культурологическим журналом Aeon.co .

Начинается эта статья такими словами:

В прошлом году я обременил англоязычный мир своим собственным переводом Нового Завета. За этот проект я взялся с подачи моего редактора в издательстве Йельского университета, но согласие дал практически в тот же самый момент, когда мне это предложили. Потому что я и сам давно уже замышлял предпринять «подрывное буквальное» воспроизведение данного текста на нашем языке.

На протяжении многих лет работы меня все больше и больше разочаровывали практически все стандартные переводы, имеющиеся у исследователей, а в особенности версии современные, подготовленные большими коллективами ученых. Многие из которых (как мне кажется) под влиянием унаследованных богословских привычек изначально предрасположены видеть в данном тексте такие вещи, которых в действительности там нет. А также упорно не замечают вещи другие, которые совершенно определенно там имеются.

Все подобные ученые советы – это такие мягкие и услужливые дела, которые имеют вполне четкую тенденцию – отвечать нашим ожиданиям. Вот только мир поздней античности настолько далек от мира нашего, что он почти никогда нашим ожиданиям не соответствует.

Далее же, сразу после этого вступления, Харт переходит к краткому разбору одной из самых неверно трактуемых ныне частей Нового Завета – той, где собраны тексты апостола Павла. Для всех читателей, смутно представляющих себе историю раннего христианства, здесь необходимо пояснить, почему понимание учения Павла является особенно важным для понимания сути этой религии в целом.

Читать «Гностицизм апостола Павла» далее