Рубрика: Жизнь после смерти

Небольшая подборка сюжетов – серьезных и не очень – на одну всегда актуальную тему.

Нет, все мы не умрем

(Апрель 2001)

Ученые Университета Аризоны, недавно проводившие научные экспериментальные исследования медиумов-экстрасенсов, констатировали, что полученные в итоге результаты совершенно экстраординарны и убедительно свидетельствуют о продолжении жизни сознания после смерти физического тела.

Вплоть до настоящего времени идея «посмертной жизни» на корню отвергается основной массой ученого мира как «антинаучная», а спиритических медиумов принято считать либо чистой воды шарлатанами, либо «тронутыми умом» людьми, глубоко погрязшими в самообмане. Ныне же впервые было предпринято вполне серьезное систематическое исследование целой группы медиумов, декларирующих свои возможности выступать посредниками между приходящими к ним людьми и их умершими родственниками.

В серии экспериментов принимали участие пять медиумов и два «ситтера»-ассистента, незнакомые с медиумами и имеющие недавно умерших близких. В ходе одной серии экспериментов каждому медиуму, отгороженному от первого ситтера непрозрачным экраном для исключения визуального контакта, давался в лаборатории час на проведение «сеанса связи».

Читать «Живые и мертвые» далее

(Апрель 2001)

Сколь тонка может быть грань между талантливой фальсификацией и чистейшей правдой

Ровно два года назад научный мир был буквально ошарашен удивительным открытием. Благодаря историческим изысканиям, предпринятым профессором комбинаторики Робертом Шипке, всеобщим достоянием стали гениальные труды малоизвестного прежде немецкого ученого Удо Ахенского, монаха-бенедиктинца, жившего и работавшего в период примерно с 1200 по 1270 годы.

Как-то по случаю Роберту Шипке довелось посетить кафедральный собор г. Ахена (ФРГ), где в одной из витрин с примечательными древними экспонатами он увидел церковный манускрипт 13 века, приковавший внимание математика. Все дело было в иллюстрации, изображавшей вполне традиционный сюжет со Святым семейством, но где каноническая Вифлеемская звезда в небе имела, однако, совершенно необычный вид. Приглядевшись как следует, Шипке с изумлением обнаружил, что звезда явно имеет характерную форму фрактала Мандельброта, одного из популярнейших ныне символов эры компьютерных вычислений.

Отрытое в 1976 году исследователем IBM Бенуа Мандельбротом, это удивительное множество дробной размерности стало наиболее знаменитым фрактальным объектом, несущим в себе неисчерпаемое число самоподобных деталей. Поскольку для построения фрактала Мандельброта требуется гигантское количество итераций-пересчетов положения точек на комплексной плоскости, всегда было принято считать, что получить этот объект можно лишь с помощью быстродействующей вычислительной техники…

Древний же манускрипт наглядно свидетельствовал о совершенно ином. Роберт Шипке настоял, чтобы ему дали возможность изучить документ подробнее и установил имя переписчика, которым оказался некто Удо Ахенский. Дальнейшие поиски привели профессора в Баварию, в старинный монастырь бенедиктинского ордена под Мюнхеном. С помощью местных историков удалось добраться до архива монастыря, где и был найден толстенный фолиант Codex Udolphus, собственноручно написанный монахом Удо Ахенским. Читать «Бабочка Лоренца под звездой Вифлеема» далее

(Декабрь 2004)

Сопоставление «потустороннего мира», описанного в посланиях «оттуда» в 1912 году, и современного мира, порожденного новейшими инфотехнологиями. Начало см. тут:  часть 1; часть 2; часть 3; часть 4.

КУДА ИДЕМ?

[1912 год]… Мне  нужно  сделать  добавление  к  тому,  что  я  говорил,  когда  старался  объяснить вам, что все, встречающееся здесь, существует и на земле. С тех пор я узнал, что это не совсем верно.

Здесь есть различные слои. Я это узнал только недавно. Я и до сих пор думаю, что в слое, ближайшем от земли, все, или почти все существует и на земле в плотной материи.

Но если удалиться подальше от земли (как далеко, я не могу определить земной меркой), можно достигнуть сферы образцов или — если можно так выразиться — первообразов вещей, которые возникнут на земле.

Я видел формы вещей, которые, насколько я знаю, не существовали на вашей планете, например, будущие изобретения. Я видел новые формы летательных аппаратов.

Я видел модели городов и башен со странными, похожими на крылья, проекциями, употребление которых мне совершенно непонятно. Прогресс механических изобретений, очевидно, еще только начался…

«Письма живого усопшего»

___

[Ныне, по эту сторону…]

Коль скоро вся наша история про  посюсторонний  мир  начиналась с писателей-фантастов,  пытавшихся  угадать очертания  недалекого  будущего  (нашего «сегодня»),  то  и  финал  вполне  логично выстроить в том же ключе.

А именно, поинтересоваться, что же теперь сулит нам в  обозримом  грядущем  фантастическая литература,  имевшая  достаточно  времени  для  осмысления  процессов  стремительного развития инфотехнологий.

Не факт, что это очевидно для всех, но происходящая  ныне  инфотехнологическая  революция  повергла  современную научную  фантастику  в  состояние  сильнейшего кризиса (точнее, кризиса доверия).

Вряд  ли  тому  нужны  доказательства — достаточно просто зайти в соответствующий  отдел  какого-нибудь  крупного книжного  магазина.  Наиболее  значительную долю составляет здесь фэнтези: сражения с драконами; засилье всевозможных  эльфов,  орков  и  гоблинов;  или, наконец, наши современники, попавшие куда-нибудь в средневековье либо в параллельную  реальность  с  вампирами  и прочей нечистью…

Другой значительный слой —  альтернативная  история,  вроде того, как бы выглядел наш мир, выиграй Гитлер вторую мировую войну. Ну а третий мощный  пласт  погружает  читателя  в  какие-нибудь  тягучие  волшебно-космические  оперы  о  межгалактических  цивилизациях,  отстоящих  эдак  на  10–15  тысяч лет от нашей эпохи.

Ну а где же настоящая (иногда ее называют «твердая») научная фантастика, с передовой наукой и техникой, с проблематикой  реальной  жизни?  Что  произошло со способностями фантастов заглядывать  в  наше  недалекое  грядущее?

Один из известных западных фантастов, Чарльз  Стросс,  комментирует  нынешний кризис жанра следующим образом: «Мы вглядываемся в полный туман… И мы в буквальном  смысле  понятия  не  имеем, куда  направляемся,  а  знаем  лишь,  что движемся  туда  очень  быстро». Читать «ПОСЮСТОРОННИЙ МИР (ч.5)» далее

(Декабрь 2004)

Сопоставление «потустороннего мира», описанного в посланиях «оттуда» в 1912 году, и современного мира, порожденного новейшими инфотехнологиями. Начало см. тут:  часть 1; часть 2.

VR-ПСИХОТЕРАПИЯ

(1912 год)… Очень странно; а между тем я видел здесь людей, которые воображают себя в обстановке настоящего ортодоксального рая, они поют в белых одеяниях с венцами на голове и с арфами в руках. Не принадлежащие к ним называют эту область «небесной страной».

Я взял мальчика, которого, кстати сказать, зовут Ляйонель, вчерашний день с собой и отправился с ним в «небесную страну». [Увидев ее] он сказал: «Это, должно быть, то самое место, про которое мне рассказывала бабушка. Но где же бог?»

Этого я не мог сказать; но тут мы увидели, что все смотрят в одном направлении. Мы тоже стали смотреть вместе с другими и увидели большой свет, подобный солнцу, только свет был мягче и не так ослепителен, как у материального солнца.

Пока мы смотрели на этот свет, между ним и нами начала медленно образовываться фигура, какую мы на земле привыкли называть Христом. Он смотрел с нежностью на людей и протянул к ним свои руки. Затем его образ изменился, и в его правой руке оказался ягненок; а затем — он стоял как бы преображенный на горе…

Когда я впервые перешел сюда, я был так заинтересован всем виденным, что не расспрашивал, как следует относиться к видимому; но позднее я начал замечать разницу между предметами, которые на поверхностный взгляд кажутся из одной и той же субстанции.

Так, я начинаю видеть разницу между тем, что несомненно существовало на земле, как, например, форма мужчин, женщин и детей, и между другими вещами, которые, хотя и видимы и кажутся осязаемыми, но, тем не менее, должны быть, вероятнее всего, мыслеобразами. Эта мысль пришла ко мне, когда я смотрел на драмы, разыгрываемые в «небесной стране»…

[Поначалу,] Появляясь сюда с теми же верованиями, с какими они были на земле, и получив возможность лицезреть свои идеалы и реально переживать свои чаяния, люди различных верований становятся здесь еще нетерпимей, чем на земле. Каждый убежден, что именно он прав, а другой ошибается. Особенно часто это встречается у вновь пришедших сюда.

Через некоторое время они становятся гораздо терпимее, сосредотачиваясь внутри своей собственной жизни и наслаждаясь теми доказательствами и осуществлениями, которые каждая душа строит для себя.

«Письма живого усопшего»

___

(Ныне, по эту сторону…)

Компьютерные системы виртуальной реальности (VR) пока что не стали — подобно сотовым телефонам, плеерам или ПК — неотъемлемым атрибутом нашей повседневной жизни.

Тем не менее, область их применения неуклонно растет, и уже очевидно, что помимо игр и всевозможных систем обучения у VR большое будущее в психиатрии, психотерапии, а быть может и вообще в медицине в самом широком смысле.

Когда врачи имеют дело с людьми, страдающими психическими заболеваниями, нередко возникают ситуации, в которых врачу (особенно молодому и не очень опытному) трудно выявить причину галлюцинаций пациентов, от чего во многом зависит успех лечения.

Чтобы решить данную проблему, группа австралийских исследователей-разработчиков из Университета Квинсленда прибегла к возможностям компьютерной техники, с помощью которой создала специальный программно-аппаратный комплекс для конструирования психотических галлюцинаций в виртуальной реальности.

Симулятор галлюцинаций представляет собой виртуальную трехмерную среду наподобие игры Quake. Базовая программная библиотека образов составлена на основе интервью с пациентами, подробно описавшими свои наиболее частые галлюцинации.

Чтобы обеспечить максимально естественную обстановку в процессе лечения, виртуальная реальность воссоздает типичный кабинет врача-психиатра. В его интерьерах начинают формироваться аудиовизуальные галлюцинации — разверзшаяся бездна и частые случайные вспышки света, зеркальные отображения пациента, ангелы, превращающиеся в демонов и т. д., — так что через эти картины можно путешествовать либо с помощью мыши и клавиатуры, либо в автономном режиме, когда галлюцинации возникают сами при приближении к тем или иным объектам.

Уже подтверждено, что когда эту систему демонстрируют опрошенным пациентам, им удается с помощью VR воссоздать те же самые эмоции и ощущения, что и при настоящих галлюцинациях. А значит, появляется эффективный инструмент для проработки и овладения ситуацией. Читать «ПОСЮСТОРОННИЙ МИР (ч.3)» далее

(Декабрь 2004)

Сопоставление «потустороннего мира», описанного в посланиях «оттуда» в 1912 году, и современного мира, порожденного новейшими инфотехнологиями. Начало см. тут.

ИГРЫ НАВСЕГДА

(1912 год)… Я слышал однажды, как один известный мне человек назвал этот наш мир «миром игр», ибо, сказал он, «мы все здесь дети, и мы создаем ту среду, которая для нас желательна». Как дитя во время игры превращает стул в башню или в скачущего коня, точно так же можем и мы в этом мире осуществлять все, что создает наше воображение.

Но это вовсе не означает, что все вещи в  этом  мире —  одно  воображение;  вовсе нет.  Здешние  объекты  из  тонкой  материи так же реальны и сравнительно так же вещественны,  как  и  у  вас;  но  кроме  того, здесь есть еще возможность творить, и притом из материи еще более тонкой — из той, которая составляет субстанцию мыслей.

Но  вы  можете  подумать,  если  мое  настроение  отражается  в  вас,  что  я  впал  во второе детство? Так оно и есть — мое второе  детство  в  так  называемой  невидимой области.  («Письма живого усопшего»)

___

Уже давно не новость, что персональные  компьютеры,  Интернет и видеоигры очень серьезно  теснят  позиции  телевидения  как  основного  средства  развлечений современного человека. Однако то, насколько быстро и радикально меняется здесь ситуация в настоящее время — пока еще  осознано  далеко  не  всеми.

Например, опубликованный в первой половине 2004 года отчет известной исследовательской  компании  Nielsen  Media  Research, проанализировавшей  динамику  перемен в  данной  области,  был  воспринят  ТВ-индустрией США словно взрыв бомбы.

Социологические  опросы  Nielsen  продемонстрировали, что всего лишь за один год  просмотры  ТВ-программ  среди  молодых  мужчин-американцев  в  возрасте  от 18  до  34  лет —  а  это  один  из  наиболее важных  слоев  аудитории  для  рекламодателей — упали на 12 (!) %. Причем в самой молодой подгруппе мужчин — от 18 до 24 лет — этот показатель составляет 20%.

Понятно, что эти крайне неприятные для ТВ-компаний  цифры  вызвали  несогласие, сомнения  в  методике  исследований,  попытки нового пересчета данных и тому подобную суету. Однако все свидетельствует о том, что ни сами молодые мужчины, ни фирмы,  занимающиеся  социологическими  исследованиями, особо этим цифрам не удивились.

Скорее наоборот — они были восприняты  как  нечто  естественное,  если учесть, что по последним данным компании comScore Media  Metrix  около  75%  американских мужчин в возрасте 18–34 лет имеют сегодня регулярный доступ в Интернет. Для сравнения, та же цифра в возрастной группе от 35 до 44 лет составляет уже 57%.

Кроме  того,  молодые  мужчины —  это одновременно и активнейшие пользователи компьютерных игр, DVD-плееров, и любители обмена аудио- и видеофайлами, ну и, конечно же, наиболее активные посетители  порносайтов.

Короче  говоря,  хотя каждый  из  этих  факторов  по  отдельности не способен оказать существенного влияния на падение интереса к ТВ, их суммарное,  кумулятивное  воздействие  оказывается очень серьезным для оттока из лагеря постоянной телевизионной аудитории.

Причем,  указывают  аналитики,  проявившаяся тенденция свидетельствует даже  о  большем:  все  эти  «отсутствующие (у телеэкранов) мужчины» выросли, образно выражаясь, с компьютерным джойстиком в руках. Тем фанатам-геймерам, кому на заре домашних ПК  было по 12–17 лет,  сегодня  уже по 25–30,  причем  по  мере  их  взросления столь же заметно взрослеет и содержание компьютерных игр. Читать «ПОСЮСТОРОННИЙ МИР (ч.2)» далее