Рубрика: Обман

( Май 2024, idb@kiwiarxiv. The English version )

Продолжение сериала о множестве общих тайн у Бэкон-Шекспировской темы и у истоков шпионской криптографии в США. С фокусировкой на экзистенциальной бурлеск-трагедии «Троил и Крессида» – как ключе к этим общим секретам…

Раздражающе странная пьеса «Троил и Крессида», особо полезная в делах утверждения Фрэнсиса Бэкона автором шекспировских произведений, сама себя, можно сказать, поместила в эпицентр и устроенных здесь историко-криптографических расследований [i1–i4].

О примечательных особенностях Пролога этой пьесы и об одном из её любопытных анахронизмов с подробностями уже рассказывалось ранее. Теперь же полезно рассмотреть другой знаменитый и престранный анахронизм «Троила и Крессиды» – на этот раз из «эпилога» пьесы.

Строго говоря, никакого эпилога там на самом деле нет, но в самом конце финальной сцены, когда действие, фактически, уже закончилось, а герои покидают сцену, перед зрителями вдруг появляется главный антигерой, сводник Пандар. И завершает представление крайне озадачивающим монологом. Который абсолютно никак не связан с войной троянцев и греков, вызывающе насмехается над публикой в зале, полон намёков на венерические болезни и более того, вообще вырван из исторического контекста гомеровской «Илиады» упоминанием лондонских проституток.

Как понимать столь странный финал этой как бы «трагедии» (в которой на сцене никто и никого не убивает)? – Внятных и убедительных, или хотя бы общепризнанных объяснений на данный счёт у учёных и прочих специалистов до сих пор не появилось.

Для добавления тайн и вопросов сюда же – как и во всё прочее, связанное с расследованием проблемы Бэкона-Шекспира – по уже сложившейся здесь традиции надо присовокупить ещё и такой загадочный момент из недавней книги от историков АНБ «Начав с нуля: Американская криптология в годы Первой мировой войны» [o1].

Тесные взаимосвязи между шекспировскими тайнами и ранней историей военно-разведывательной криптографии США никогда особым секретом не являлись. Поэтому вполне естественно, что имя Шекспира неоднократно появляется и в данной книге. Точнее, упоминается там четыре раза.

Но во всех этих случаях, что примечательно, упоминания темы шифров в текстах Шекспира так или иначе связаны с именем Джона Мэтьюза Мэнли, видного профессора-филолога, а в годы войны ещё и шпиона-криптографа, разработавшего некую «систему дешифрования, которая опровергла теорию о Бэконе как Шекспире».

Все прежние годы, вплоть до выхода нынешней книги «Начав с нуля» в 2023, главными криптографическими авторитетами в делах отрицания бэконовских шифров в шекспировских произведениях было принято считать Уильяма и Элизебет Фридманов. Супруги Фридманы были близко знакомы с Джоном Мэнли, а Уильям Фридман постоянно поддерживал с Мэнли дружескую и профессиональную переписку на протяжении десятилетий. [o2]

И вот какая в этой связи очень странная штука обнаруживается. В свежей книге «Начав с нуля» от историка АНБ Бетси Смут имеется множество мест с рассказами о делах этой самой знаменитой супружеской пары криптографов, но нет НИ ОДНОГО упоминания Шекспира в сочетании с именами Уильяма и Элизебет Фридманов. А в знаменитейшей и давно считающейся классикой книге от супругов Фридманов «Проверка шекспировских шифров» нет НИ ОДНОГО упоминания имени их коллеги и единомышленника Джона М. Мэнли…[o3]

Как понимать это столь странное и загадочное несоответствие? Которое, насколько можно судить, среди историков криптографии никто предпочитает не замечать…

Если внимательно анализировать имеющиеся на данный счёт документы, то обнаруживается, что разгадать подобные загадки на самом деле не так уж и сложно. Но при условии, что в анализ и сопоставление непременно берутся ВСЕ из доступных документов, а не только те, что удобны для искусственно сконструированной «общепринятой» картины.

Подчёркнутая опора на неудобные для историков документы и свидетельства в данном случае очень полезна ещё и по той причине, что ответы на загадки относительно недавней эпохи одновременно помогают прояснить и тайны истории времён куда более отдалённых.

А поскольку в качестве общей базы для такого совокупного рассмотрения ранее оказалось удобным опереться на «расследование многочисленных измен», имеет смысл привлечь тот же подход и здесь. Но только теперь это будет разбор «череды предательств» прославленной криптографической дамы Элизебет Смит Фридман. Сразу же, впрочем, надо подчеркнуть, что речь здесь пойдёт не об изменах отечеству или о супружеской неверности, а о предательствах и обманах совсем иного рода.

О таких обманах, которые связаны, можно сказать, с умышленной и преднамеренной изменой научной истине.

Читать «Лондонские шлюхи на Троянской войне и другие загадки истории [часть 1 из 3]» далее

( Март 2024, idb@kiwiarxiv. The English version )

Очередной эпизод Бэкон-Шекспирианы – с рассказом о природе самообмана в истории и литературоведении. Или про то, как в науке порождаются «неразрешимые» исторические загадки, когда учёные сами от себя прячут важные документы и факты.

Раздражающе странная пьеса «Троил и Крессида» считается одним из самых «проблемных» произведений Шекспира по целому множеству причин. Суть всех этих многочисленных проблем с подробностями разбирается литературоведами уже не первый век, а здесь для наглядной иллюстрации полезно привести лишь один яркий пример.

Обычно этот пример упоминают просто как «самый знаменитый из анахронизмов» в шекспировских пьесах. Но если копнуть тему чуть поглубже, то здесь, однако, приоткрывается картина не просто странная, но и куда более интересная…

Итак, для начала – собственно озадачивающая цитата из пьесы. Акт II, Сцена 2, фрагмент беседы трёх сыновей царя Приама, троянских героев Гектора, Париса и Троила [o1]:

ГЕКТОР
Парис, Троил, краснó вы говорили;
Касались вы вопроса, но слегка,
Как юноши, которых Аристотель
Считает неспособными понять
Глубины философии моральной.

Хотя реальность легендарной Трои была подтверждена раскопками археологов лишь в XIX веке, но и во времена Шекспира практически все мало-мальски образованные люди были в курсе, однако, что Троянская война, красочно описанная Гомером в «Илиаде», происходила на много столетий раньше того, как на свет появился философ Аристотель. Отчего приведённый фрагмент уже сам по себе вызывает естественное удивление.

Если же присмотреться к цитате повнимательнее, то обнаруживается, что Гектор передаёт слова философа примечательно не так, как их обычно принято переводить с древнегреческого в соответствующем месте «Никомаховой этики» Аристотеля. Ну а именно в том виде, как цитирует Аристотеля Гектор, данные слова встречаются лишь у одного современника Шекспира, английского философа Фрэнсиса Бэкона…

Все серьёзные шекспироведы, конечно же, хорошо знают про это странное и подозрительно дружное «неправильное цитирование» у двух знаменитых авторов. Которые жили в одно и то же время в одном и том же месте, однако никогда не упоминали друг друга в своих произведениях. Но вот как это понимать-трактовать, тут правдоподобного и (самое главное) убедительного объяснения найти учёным не удаётся.

Точнее говоря, принято считать, что имеющихся у науки документов пока недостаточно, чтобы надёжно прояснить столь загадочные странности.

Среди документов нашего расследования, однако, вполне определённые и доказуемо авторские объяснения на данный счёт давно собраны. Но чтобы подкрепить их особо сильными фактами, доказывающими подлинность выявленных документов, полезно заглянуть в весьма далёкое от шекспироведения место – Криптологический Зал почёта Агентства национальной безопасности США.

Вдвойне полезным этот «заход в АНБ» оказывается ещё и по той причине, что наше бэкон-шекспировское расследование попутно предоставляет здесь также ответ и для одной большой неразгаданной загадки в истории шпионской криптографии XX столетия.

Читать «Аристотель на Троянской войне и «Основатели-предатели» на Доске почёта АНБ» далее

( Март 2024, idb@kiwiarxiv. The English version )

В пьесе «Троил и Крессида» проблемы истории, литературы и криптографии завязаны в столь интересный и замысловатый узел, что решение даже одной из загадок ведёт к распутыванию всех прочих.

Первичный замысел этого расследования (начало см. здесь [i1] и тут [i2]) подразумевал углубление в давние тайны розенкрейцеров и масонов с постепенным выходом через них на секреты новейшей истории. Однако материалы и документы, обнаруживаемые в ходе этих раскопок, сами выстраиваются в такую картину, которая явно имеет свою собственную структуру и логику.

И поскольку здесь, в делах научно-мистических расследований в реальном времени [i3], главным направляющим принципом всегда являются новые зацепки и наводки в изучаемых документах, а не сформулированные заранее концепции, первичный план откладывается в сторону. Потому что выявляемый набор фактов и свидетельств отчётливо направляет следствие на изучение несколько иной темы.

Начать же эту ветвь исследования неожиданно удобно с русской классики…

#

Антон П. Чехов, как всем известно, был не только выдающимся драматургом, но и талантливым юмористом-сатириком. Особенности чеховского юмора прекрасно передаёт одна из таких его знаменитых цитат [o1]:

«Если жена тебе изменила, то радуйся, что она изменила тебе, а не отечеству.»

Американская романистка Джойс Кэрол Оутс, хотя наиболее известна как мастер художественной прозы, оставила заметный след и в литературоведении. Цепкость её особенного взгляда как литературного критика хорошо передаёт такая цитата из статьи Оутс, посвящённой наиболее загадочному из шекспировских произведений:

Самая раздражающая и двусмысленная из пьес Шекспира, «Троил и Крессида» поражает современного читателя тем, что это словно документ из современности. Своими расследованиями многочисленных измен, её критическим отношением к претензиям на трагичность, и, прежде всего, её неявным спором между тем, что является существенным в человеческой жизни, и тем, что лишь экзистенциально. Ведь всё это – темы двадцатого века.

Читатели мало-мальски внимательные сразу заметят, что общего у двух приведённых цитат от столь разных авторов, как юморист Чехов и критикесса Оутс. Общей тут является тема Измены.

Или, если чуть обобщить, тема разнообразных, больших и маленьких предательств, коль скоро и супружеская неверность, и все прочие многочисленные виды измен – друзьям или отечеству, высоким моральным принципам или же научной истине – всё это непременный элемент социальной жизни человека. Там, где есть ложь, есть и измены. А жить без обмана человек социальный почему-то не умеет…

Эссе Дж. Кэрол Оутс «Троил и Крессида Шекспира как экзистенциальная трагедия» было опубликовано в 1967 [o2]. По интересному совпадению в том же 1967 году вышли из печати ещё две примечательных для нас книги, тоже посвящённых «расследованиям многочисленных измен», но уже совсем не в театре и литературе, а в делах криптографических и военно-шпионских.

Одна из этой пары книг – Дэвид Кан, «Взломщики кодов: история секретного письма» [o3] – быстро стала знаменитой и по праву носит сегодня титул «Библии для историков криптографии». О специфических особенностях этой большой работы и о её неслучайных изъянах, имеющих прямое отношение к проблемам шекспироведения, здесь с подробностями рассказывалось ранее, в материале «Рефлекс АНБ – Рубить концы!» [i4].

Книга же вторая – Ладислас Фараго, «Сломанная печать: История Операции Магия и катастрофы Пёрл-Харбора» [o4] – хотя знаменита куда меньше, однако в истории криптографии тоже заняла своё заметное и весьма особенное место. Особенность же книги заключается в том, что её автор Л. Фараго умудрился встроить тут в науку столь изощрённую ложь о предательстве, которую все историки криптографии давно видят и отмечают… однако разоблачить обман полностью не решаются до сих пор.

Не решаются же учёные восстановить здесь правду во всей её полноте по той причине, что правда эта оказывается чрезвычайно дискомфортной. Ибо радикально меняет давно в истории утвердившийся, но насквозь фальшивый образ «великого криптолога» Уильяма Ф. Фридмана. Попутно та же правда вновь возвращает науку к противоречивой фигуре Джорджа Фабиана и к странным делам его Ривербэнкских лабораторий. А именно, к экспериментам с левитацией, к бэконовским шифрам и бэконовской магии, к Фрэнсису Бэкону как сыну королевы Елизаветы и автору шекспировских произведений.

Так что при аккуратной реконструкции событий здесь можно ясно увидеть, как последовательное и полное восстановление правды во всей этой запутанной истории выводит науку на эпическую картину откровенного, почти неприличного фарса. Фарса многочисленных измен в глубинных основах экзистенциальной трагедии человечества. Что отчётливо напоминает нам сцены из раздражающе странной бэконовской пьесы «Троил и Крессида»…

Читать «Шекспир, криптография и «расследование многочисленных измен»» далее