Рубрика: Люди

( Январь 2026, idb@kiwiarxiv )

Окончание истории про выдающегося учёного-теоретика Джона Арчибальда Уилера и его уникальное место в истории науки физики. Науки, шизофренически расколотой на открытую и секретную.  Начало см. тут.

Патриотическая амбивалентность

Для финала сердитой статьи Мартина Гарднера, в 1979 году громившей шарлатанов парапсихологии с позиций подлинной науки, была привлечена такая цитата из выступления Джона Уилера на конференции AAAS:

Свой доклад Уилер завершил следующими сильными словами: “И пусть никто не использует эксперимент Эйнштейна-Подольского-Розена (ЭПР) для заявлений о том, что информация может передаваться быстрее скорости света, и не постулирует некую «квантовую взаимосвязь» между отдельными сознаниями. И то, и другое безосновательно. И то, и другое — мистицизм. И то, и другое — вздор.” [o1]

О том, почему в книге 2025 года от учёного парапсихолога Дина Радина [o2] при цитировании этого фрагмента удалены с помощью отточия важные слова, выделенные здесь жирным шрифтом, никаких рассуждений и предположений выдвигаться не будет. Просто потому, что нас здесь интересуют не мотивы Радина (или его редакторов), а собственно удалённый фрагмент и отчётливая перемена позиции Дж. А. Уилера по этому вопросу с течением времени.

Для более же лучшего понимания причин того, как и почему у этого знаменитейшего физика-теоретика изменялось отношение к феномену ЭПР, полезно привести ещё одну цитату. Из письма, отправленного Уилером на имя исполнительного директора AAAS Уильяма Кэри. Письмо опубликовано в том же самом выпуске «Нью-Йоркского книжного обозрения», что и статья Гарднера, и в самых решительных выражениях требует от Ассоциации учёных отмежеваться от парапсихологов. Для придания же письму дополнительного веса, очевидно, текст завершается таким цитированием авторитетного военного деятеля, хорошо известного американской публике той эпохи:

Адмирал Хайман Дж. Риковер только что звонил мне по телефону, чтобы выразить поддержку моей позиции — порвать все связи между AAAS и парапсихологией — и уполномочил меня передать такие его слова: «Сегодня в нашей стране вполне достаточно шарлатанства, поэтому нет никакой нужды в том, чтобы на этом проституировала научная организация. AAAS должна определиться, что важнее: искать популярности или же быть строго научной организацией». [o3]

Четырёхзвёздный адмирал Хайман Риковер был первым и бессменным руководителем чрезвычайно успешной программы создания атомного флота ВМС США. И без преувеличения имел в стране статус живой легенды. Потому что за всё время его личного руководства этой программой на протяжении свыше 30 лет в американском военном флоте не было ни одного случая аварии ядерных энергоблоков с утечкой радиоактивности.

И вот именно здесь — в факте полного согласия адмирала и учёного — удаётся нащупать один очень мощный, но тщательно скрываемый узел проблем. Где достижения передовой науки тесно увязаны с военными и спецслужбами через патриотизм. Подводный атомный флот и Военно-воздушные силы переплетены с пси-феноменами и НЛО через парадокс ЭПР. А всё вместе это завязано в один безумно запутанный узел секретности, распутать который нам помогает концепция амбивалентности. Как симптом шизофрении, выявленный швейцарским психиатром Эйгеном Блейлером не только у сумасшедших, но и у вполне здоровых по медицинским нормам людей…

Читать «JAW, патриотизм и шизо-наука. Часть 2 из 2» далее

( Февраль 2025, idb@kiwiarxiv )

Другим названием для данного текста вполне могла бы быть строка типа «Сад сходящихся троп (часть N+1-я)». Но суть тут, однако, всё же не в тропах и не в частях, а в раскрытии одной великой Тайны. И в том, самое главное, почему раскрытия её положено всем бояться.

Случилось так, что в 1970-е годы произошли три совсем разных, но принципиально важных для нашей истории события. Три никак, казалось бы, не связанных события, совершенно не сопоставимых друг с другом по своему масштабу, однако здесь равно значимых — при своём совокупном рассмотрении.

В 1970-е — и это событие первое — на небосводе исторической науки в полную мощь засияла поздняя звезда по имени Фрэнсис Амелия Йейтс (1899-1981). В течение предыдущего десятилетия эта замечательная женщина-историк подготовила и опубликовала три таких в высшей степени содержательных книги [o1, o2, o3], которые не только предоставили существенно новый взгляд на эпоху европейского Возрождения, но и, по сути дела, породили новую научную парадигму.

Ибо по некоторым очень глубоким, но неназываемым причинам эпоху Ренессанса у историков прежде было совершенно не принято рассматривать так, как это сделала Йейтс. Которая не просто погрузилась в документы, идеи и идеалы того периода, но и очень убедительно с их помощью продемонстрировала, насколько огромное влияние на мыслителей и деятелей Возрождения оказывали древние эзотерические тексты оккультно-магического содержания. И прежде всего, дошедшие из античности тексты так называемой «Герметической традиции». [o4]

Вторым событием нашей истории стало то, что в 1970-е годы совсем юный в ту пору автор данных строк впервые приобщился к оккультным делам криптографии. Строго говоря, связывать древнее искусство составления и вскрытия шифров с тайнами оккультизма было тогда уже совершенно не принято. Ибо криптография к тому времени уже стала вполне солидной компьютерно-математической наукой. Но наукой не простой, что существенно, а очень глубоко засекреченной по причине её особой важности в таких делах, как защита государственных тайн и разведка иностранных военных/дипломатических систем связи.

Формулируя то же самое чуть иначе, можно сказать, что приобщение к миру секретной науки в ту пору одновременно означало и приобщение к области оккультных тайн. Но практически никто, правда, тогда на это так не смотрел.

Однако, — и это самое главное событие третье — в те же 1970-е родился существенно новый способ заниматься наукой о защите/добыче ценной информации, получивший название «открытая криптология» [i1]. Благодаря таким учёным академического сообщества, которые никак не были связаны с секретными спецслужбами, но сумели самостоятельно (пере-)открыть для всех важные криптографические тайны, общество постепенно начало понимать простые, но очень важные истины.

Понимать то, как много нужного и полезного в жизни может предложить людям такая наука, которая открыто и свободно для всех даёт доступ к «оккультным», строго засекречивавшимся прежде знаниям. [i2]

Примерно четверть века спустя после всех тех событий, то есть «на рубеже тысячелетий», случилось так, что автор этих строк закончил свою долгую «антропологическую экспедицию» с полным погружением в деятельность секретных спецслужб. И следующую четверть века — теперь уже в роли журналиста — полностью посвятил изучению и освещению того, как учёные и прочие независимые исследователи находят и раскрывают для всеобщего блага самые разные из тех «оккультных тайн», что прежде были доступны лишь посвящённым.

Попутно же, ясное дело, пришлось освещать и кое-что ещё — насколько сильным-упорным остаётся сопротивление тех из иерархов посвящённых, кто по-прежнему категорически против раскрытия тайн секретной науки. Ибо это явно и существенно подрывает их власть и влияние. [i3]

А потому широкую публику — как и прежде с древних времён — до сих пор всячески пугают страшными опасностями от раскрытия «оккультных знаний».

Но как бы там ни было, в количестве и качестве уже раскрытых или переоткрытых на сегодняшний день секретов прошлого достигнут ныне такой уровень, когда имеется возможность не только полностью разгласить, но и открыто изучать особо важную, главную «Тайну оккультизма»…

Причём осуществить здесь это тотальное разглашение удобнее всего через объединение информации из трёх упомянутых выше ресурсов: (1) изыскания Фрэнсис Йейтс; (2) результаты открытой криптологии; (3) материалы расследований kniganews/kiwiarxiv.

Читать «Страх оккультизма» далее

( Декабрь 2024, idb@kiwiarxiv )

Более подходящим здесь названием было бы другое: «Про то, как крупнейшая шпионская спецслужба совратила самого знаменитого историка криптографии.» Но самому Дэвиду Кану нравилось изображать ситуацию иначе. И коль скоро имеется документ, где он сам не без юмора объясняет, как это всё произошло, есть смысл воспроизвести здесь данный рассказ в полном переводе. Ибо – поучительно…

Случилось так, что в 2002 году два весьма известных писателя в совершенно разных местах большой страны США выступили с интересными взаимно дополняющими речами. На первый взгляд, выступления их были посвящены темам вроде бы разным. Но если вдуматься в суть сказанного поглубже, то на самом деле говорилось там про одно и то же. Только с существенно разных позиций в понимании происходящего…

Писатель первый – и главный герой эпизода – это знаменитейший историк криптографии Дэвид Кан. В начале писательской карьеры, в 1967, сумевший сделать свою первую книгу Codebreakers (Взломщики кодов) настолько информативно-мощной, что она не на шутку обеспокоила Агентство национальной безопасности США. Которое вполне всерьёз пыталось даже заблокировать выход этой книги. Но безуспешно, впрочем. А вот ближе к концу карьеры, в 2002, Дэвид Кан в качестве почётного гостя сделал доклад на торжественном заседании в штаб-квартире АНБ [1], где отмечали 50-летний юбилей этого крупнейшей в мире шпионской организации, занимающейся перехватом и дешифрованием коммуникаций любого рода.

Писатель же второй – и по естественным причинам намного более всем известный – это Майкл Крайтон (тот самый Крайтон, кто запустил в мир бессмертную франшизу «Парк Юрского периода» и сериал «Скорая помощь», породивший в мире нескончаемую череду прочих сериалов «про медиков», не говоря уже о множестве других его известнейших книг и фильмов). В 2002 году Крайтон выступил с докладом на проходившем в Калифорнии «Форуме международного лидерства», а для нашей истории этот доклад особо интересен тем, что именно оттуда пошло в народ выражение «эффект амнезии Гелл-Манна.» [2]

И поскольку именно этот эффект практически идеально подходит для лучшего понимания того, каким образом Дэвида Кана угораздило оказаться среди почётных гостей на юбилейных торжествах в АНБ, начать полезно с цитаты из Крайтона.

[ Начало цитирования М. Крайтона ]

Средства массовой информации (в особенности «серьёзные газеты» вроде New York Times) пользуются таким уровнем доверия, которого они совершенно не заслуживают. Вы все испытывали это на себе – это эффект, который я называю «амнезия Гелл-Манна.» Я называю это таким именем, потому что однажды мы обсуждали данный эффект с [физиком-теоретиком и Нобелевским лауреатом] Марри Гелл-Манном, так что теперь, подсовывая столь знаменитое имя, я могу таким образом придавать бОльшую значимость и своим словам, и собственно эффекту.

Если вкратце, то эффект амнезии Гелл-Манна заключается в следующем. Вы открываете газету на статье о некоем предмете, который хорошо вам знаком. В случае Марри – это о физике. В моем случае – о шоу-бизнесе. Вы читаете статью и видите, что журналист абсолютно не разбирается ни в фактах, ни в проблемах темы. Зачастую статьи неверны до такой степени, что в действительности представляют историю с точностью до наоборот — меняя местами причину и следствие. Я называю такие истории баснями типа «мокрые улицы вызывают дождь». В газетах их полно.

В любом случае, с раздражением или изумлением вы ясно видите в такой статье многочисленные ошибки, а затем переворачиваете страницу на раздел национальных или международных событий. И там читаете статьи так, как будто остальная часть газеты каким-то образом описывает дела в Палестине более аккуратно и точно, нежели всю ту чушь, которую вы только что прочли чуть ранее. Вы переворачиваете страницу и забываете всё, что вы знаете.

Это вот и есть эффект амнезии Гелл-Манна. Хотел бы отметить, что в других сферах жизни он не действует. В обычной жизни, если кто-то постоянно преувеличивает или всё время вам врёт, довольно скоро вы перестаёте принимать во внимание то, что они вам говорят. В суде существует юридическая доктрина falsus in uno, falsus in omnibus, что означает «неправда в какой-то части, значит, неправда во всём».

Но когда речь заходит о средствах массовой информации, то мы, вопреки очевидности, считаем, что, вероятно, стоит потратить время на чтение других разделов газеты. Хотя на самом деле это почти наверняка не так. Единственное возможное объяснение для нашего поведения – это амнезия.

[ Конец цитирования М. Крайтона ]

Читать «Сказ про то, как Дэвид Кан АНБ «победил»» далее

( Июнь 2024, idb@kiwiarxiv. The English version )

Очередной эпизод криптографической Бэкон-Шекспирианы, где теперь главной героиней является Элизебет Смит Фридман. По всему замечательная женщина, сумевшая обмануть практически всех. Точнее, почти всех – кроме АНБ США… [ Начало истории см. тут. ]

Первая по-настоящему содержательная книга о жизни и делах Элизебет С. Фридман (1892-1980) – как самой знаменитой в США женщине-криптоаналитике и преданной жене ещё более знаменитого криптолога Уильяма Ф. Фридмана – была опубликована журналистом Джейсоном Фагоне в 2017 году. И в переводе на русский носит примерно такое завлекательное название: «Женщина, которая взламывала коды. Подлинная история любви, шпионов и невероятной героини, перехитрившей врагов Америки.» [o1]

Обычно такого рода биографические произведения принято именовать панегирик. То есть восторженное, щедро приукрашенное и абсолютно некритическое восхваление героев. Или, как в данном случае, криптографической героини – реально очень умной, проницательной и талантливой дамы. Особую же пикантность названию книги придаёт тот факт, что на самом деле Элизебет С. Фридман сумела очень успешно обмануть не только «врагов Америки», но и сограждан-американцев, и практически всех остальных – кто хоть как-то наслышан об этой «невероятной женщине»…

А чтобы адекватно оценивать как долю правды, так и немалую долю бесстыжего вранья или более тонких хитростей-недомолвок, почерпнутых Джейсоном Фагоне из мемуаров и интервью ЭСФ, книгу его необходимо сравнивать с другой биографической работой. Вышедшей ровно на 40 лет раньше, в 1977, и имевшей неслучайно похожее название «Человек, который взломал Purple. Жизнь величайшего в мире криптолога, полковника Уильяма Ф. Фридмана». [o2]

Ту давнюю работу – и по сию пору единственную биографию У.Ф. Фридмана – британский журналист и писатель Рональд Кларк (1916-1987) написал под значительным влиянием личного общения с его вдовой Элизебет С. Фридман. И именно по этой причине даже в названии своей книги этот автор умудрился сделать две, как минимум, серьёзных фактических ошибки и одну весьма спорную оценку.

Ибо неопровержимые факты истории таковы, что Уильям Ф. Фридман, во-первых, вовсе не был тем человеком, который взломал японский шифратор Purple. Во-вторых, он никогда не имел воинское звание полковник. Ну а в-третьих, титул «величайшего в мире криптолога» звучит, конечно, впечатляюще (особенно для преданной жены, журналистов и их читателей), однако в приложении к делам и достижениям УФФ такую оценку можно лишь трактовать как двусмысленную шпионскую шутку. Особенно после разоблачения величайшего в мире (без преувеличений) крипто-обмана с шифраторами Hagelin Crypto AG, где Уильям Фридман сыграл самую главную роль. [i1] [i2]

Джейсон Фагоне, как обстоятельный исследователь-биограф имевший ныне доступ к несравнимо большему, чем Р. Кларк в 1970-е, массиву рассекреченной информации, уже не делает столь серьёзных ошибок и промахов. Однако, и в его книге критично важный ранний период общей биографии супругов-криптографов УФФ и ЭСФ, связанный с Ривербэнкскими лабораториями Джорджа Фабиана и бэконовскими шифрами в шекспировских текстах, излагается в полном соответствии с тем, как рассказывала об этом Элизебет С. Фридман на закате своей долгой жизни.

Что вряд ли удивительно. Ибо то же самое всегда делали и продолжают делать поныне практически все прочие историки криптографии. Точнее, почти все – за единственным заметным исключением Центра криптологической истории АНБ США. Где в 2023 году опубликована работа с новым – существенно более правдивым – изложением американской истории в делах становления военно-разведывательной криптографии [i1][o3].

Приведённая в соответствие с достоверными фактами, новая версия этой истории деликатно не называет ложью и дезинформацией всё, что написали и наговорили под конец жизни супруги Фридманы про свою молодость, про работу в Ривербэнке, про Фабиана и бэкон-шекспировские шифры. В новой исторической книге от АНБ сделано нечто иное. Все рассказы о делах и достижениях самой знаменитой пары героев-криптологов теперь полностью отделены от темы шифров Бэкона в книгах Шекспира и других авторов Елизаветинской эпохи…

Ну а поскольку для нашего расследования именно эта тема – о впечатляющих успехах юной Элизебет Смит (тогда ещё не Фридман) на поприще дешифрования бэконовских шифров – является сейчас главной, здесь и будет с подробностями рассказано о том, что за интересные дела происходили в 1916 году в Ривербэнкских лабораториях Джорджа Фабиана. И почему ЭСФ на старости лет рассказывала об этом так много неправды.

ЭСФ в Ривербэнке: слева с Джорджем Фабианом, справа с Уильямом Фридманом

Читать «Лондонские шлюхи на Троянской войне [часть 2 из 3: Измены ЭСФ ]» далее