Метка: гностицизм

(Август 2019, idb)

Пока ученые старательно закрывают глаза на то, чего не понимают, они не смогут постичь не только природу, которая нас окружает, но и устройство самих себя. Если же кто-то из людей науки смотрит на всё непонятное открытыми глазами, то остальные воспринимают это как нечто постыдное и запретное. Такой вот занятный рефлекс.

Ровно семь лет тому назад, летом 2012, на блог-страницах ЖЖ или «Живого Журнала», который в ту пору еще не придушили заботливые руки властей, было опубликовано в высшей степени примечательное интервью. Дал это интервью знаменитый и общепризнанный научный авторитет, математик Владимир Воеводский. А примечательным там было то, что публично, да еще столь откровенно на затронутые Воеводским темы в большой науке говорить не принято. В делах религиозных такого рода запреты именуют табу.

Табу – вещь серьезная, как известно. Поэтому, наверное, абсолютно нигде в официальных средствах массовой информации (личные блоги коллег-ученых в счет не идут, естественно) о той весьма важной стороне в жизни ученого, про которую рассказал в этом интервью Воеводский, никакой информации не публиковалось. Хотя именно в тот период развернутых рассказов и о самом ученом, и о затеянной им революции в основах математики появлялось в прессе немало.

Два года тому назад, в сентябре 2017, математик Воеводский скоропостижно и абсолютно неожиданно для всех скончался совсем еще нестарым и полным творческих сил человеком. Большая наука с почетом проводила своего героя в последний путь, в память о Воеводском были устроены представительные научные конференции и в США, где он постоянно жил и работал, и в России, где он родился, жил в молодости и физически похоронен в итоге.

В общем же духовно-интеллектуальном итоге жизни и творчества Воеводского всё как-то само собой сложилось так, что очень важная часть из 10 последних лет его жизненного пути оказалась полностью выпилена. Как будто её и не было вовсе. Что, конечно же, в корне неправильно. Ибо для потомков и последователей из статей энциклопедий и СМИ вырисовывается не честная биография дел и исканий большого ученого, а обструганная-залакированная пост-правда и обман умышленных умолчаний. Причем умалчиваются тут вещи принципиальной важности.

В период 2006-2008 гг. ученый-математик поначалу спонтанно, а затем и вполне осознанно пережил мощнейший и продолжительный мистический опыт, в корне изменивший для Воеводского всё. И отношение к главному делу жизни, т.е. к науке, и отношение к людям с иными взглядами, которых он прежде совершенно не понимал, и собственные взгляды на устройство природы, включая устройство своего сознания и тела…

Нельзя сказать, что это было «великое просветление». Как ученый и аналитик, Воеводский отлично осознавал и с готовностью признавал, что понял далеко еще не всё. Но и лично пережитого-постигнутого было более чем достаточно, чтобы увидеть всю глубину кризиса науки и непонимания сути природы в современной научной картине мира…

Единственное, вероятно, интервью Воеводского, где он спокойно и открыто рассказывает обо всех этих интересных, в высшей степени необычных вещах, остается на сегодняшний день все еще доступным в своем исходном виде. И по-прежнему лежит на сайте Живого Журнала, хотя сам автор беседы, математик-жонглер-мистик-писатель Роман Михайлов давно уже эту площадку покинул – как и большинство прочих популярных ЖЖ-блоггеров, по известным всем причинам.

С другой стороны, тенденции с нарастающей веб-цензурой и общий опыт подобных интернет-публикаций свидетельствуют, что оригиналы такого рода текстов в любой момент могут исчезнуть (не оставив следов ни в хранилищах интернет-архива, ни в кэшах Гугла). По этой причине столь ценные для истории материалы имеет смысл как можно больше размножать в онлайне и распределять по хранилищам Сети.

Здесь, в частности, и делается примерно такая вещь – размещением большого и особо интересного фрагмента интервью именно о том, что официальная наука упорно продолжает игнорировать.

Читать «Важная сторона жизни математика Воеводского (и почему её пытаются скрывать)» далее

(Август 2019, idb)

Реальные события в жизни науки порой напоминают фантастический мистический триллер. Если знать контекст и обращать внимание на детали происходящего.

Три месяца тому назад, в мае 2019, была отмечена череда странных и загадочных событий вокруг одного из наиболее содержательных в интернете сайтов о новостях большой науки. Обстоятельства падения этого науч-поп-сайта предоставили и естественный повод для рассказа о Великой физико-математической Гипотезе. Доказательство которой сулит в итоге самые радикальные преобразования основ для всей науки человечества (подробности см. в тексте «Тонкое искусство внимания к деталям»).

Своего рода стержнем, вокруг которого был выстроен тот рассказ, послужило эссе нынешнего директора принстонского Института передовых исследований, физика-теоретика Роберта Дейкграафа. Цитируя текст дословно, эссе начиналось такими словами:

Если сравнивать науку с восхождением альпинистов, то в математике роль высочайших горных вершин играют великие гипотезы. То есть четко сформулированные утверждения, которые скорее всего верны, но для которых пока что не найдены строгие доказательства…

Метафора с покорением вершин альпинистами показалась автору настолько привлекательной, что ею же он и завершил свою статью:

Итак, в конечном счете поиск решений для великих гипотез имеет нечто общее с экспедициями скалолазов, взбирающихся на самые высокие из горных вершин. И только потом, когда все возвратятся домой целыми и невредимыми – в независимости от того, удалось им достигнуть цели или же нет – становится ясен полный масштаб предпринятого приключения. Вот тогда-то и наступает время для рассказов о героическом восхождении…

К великому сожалению, сравнение это – отнюдь не только лишь красивая художественная метафора Дейкграафа. И покорение великих физико-математических гипотез не только в переносном, но и в самом прямом смысле имеет довольно много общего с весьма опасными для жизни занятиями альпинистов и скалолазов.

Иначе говоря, как и при реальных восхождениях на сложные горные вершины, здесь не всем удается вернуться целыми и невредимыми. И трагическая безвременная гибель кого-то из участников здесь тоже, увы, далеко не редкость. Причем теряет наука в таких случаях, как правило, людей наиболее сильных и талантливых. Продвинувшихся дальше и выше остальных.

Иногда это может выглядеть как результат неожиданного сбоя-приступа в работе организма. Иногда – как итог тяжелого неизлечимого заболевания или глубокой депрессии. Иногда – как несчастный случай в быту или на отдыхе. А иногда и буквально – как гибель альпиниста при восхождении на очередной труднодоступный пик…

В первых числах августа этого года французское издание Le Messager опубликовало совсем коротенькое сообщение об очередной трагедии на альпийских склонах Шамони. Известнейшего в народе места, знаменитого как родина альпинизма. Поскольку текст печального сообщения на этот раз содержал всего несколько фраз, здесь можно дать его полный дословный перевод.

Еще одна драма на Монблане. Очередная беда случилась утром в субботу, 3 августа, где в Шамони два альпиниста-американца предприняли восхождение на вершину l’aiguille du Peigne (пик Гребень). Когда они двигались по скальному массиву, то первый, 47-летний мужчина, упал с высоты 100 метров из-за разрыва веревки. Врачу-спасателю, прибывшему на место происшествия, оставалось только констатировать, что организм альпиниста не выдержал такого падения. Другой американец-напарник, 49 лет, остался невредим.

Практически у всех читателей-скалолазов, читавших и комментировавших это сообщение, текст новости сразу же вызвал недоумение и вопросы. По той причине, прежде всего, что веревка альпинистов – это надежный технический инвентарь, с запасом рассчитанный на большие нагрузки. И под весом тела человека такая веревка оборваться никак не может. Если чем-то острым её перерезало, то да, разрыв возможен. Но тогда виной трагедии является отнюдь не веревка…

Иначе говоря, в истории явно недостает подробностей, важных с позиций обеспечения максимальной безопасности в столь серьезном и полном рисков занятии, как восхождение на горные вершины.

Но никаких более содержательных сведений о деталях произошедшего, к сожалению, увидеть опубликованными здесь не удалось. Наверняка важные подробности мог бы рассказать альпинист-напарник погибшего, однако его для расспросов почему-то никто не разыскал, похоже. И даже имя этого человека нигде в СМИ не упоминается.

Но зато очень хорошо известно имя погибшего. Стивен Габсер – блестящий ученый и профессор теоретической физики. А еще – по какому-то престранному стечению обстоятельств – не только хорошо знакомый коллега Роберта Дейкграафа из-за общих интересов в области теории струн, но и близкий его сосед по общему месту жительства в городе Принстоне, славящемся своими передовыми научными центрами…

Ну а самое главное – и особо здесь грустное – заключается в том, что Стивен Габсер был одним из представителей весьма особенной плеяды ученых. Тех исследователей, кто ближе всех сумел приблизиться к покорению наиболее трудных научных высот вокруг Великой гипотезы. И неожиданная гибель Габсера на отдыхе во Франции – это уже четвертая, как минимум, безвременная потеря в данной немногочисленной группе восхождения за последние два года.

Откуда понятно, наверное, что и в таком очевидно рискованном деле, как продвинутые теоретические исследования на опасных направлениях, желательно знать как можно больше технических подробностей и деталей об обстоятельствах тяжелых потерь и трагедий…

Читать «Вершины погибших альпинистов, или Риски и потери научного гностицизма» далее

(Март 2018, сюжеты НБКР)

Священные тексты всех основных религий планеты естественным образом входят в число наиболее читаемых книг человечества. Но читают, ясное дело, как правило не оригиналы, а переводы, причем зачастую адаптированные и/или искаженные. Если же исходные тексты перевести тщательно и аккуратно, то обнаруживаются большие сюрпризы.

Есть в англоязычном мире такой ученый-религиовед по имени Дэвид Бентли Харт, наиболее известный как исследователь Восточной Ортодоксии (у людей русскоязычных именуемой Православие), а также как философ, писатель и комментатор-культуролог. Работает Харт в Институте передовых исследований Нотр-Дам, в общей сложности написал около десятка книг, здесь же рассказ будет о самой последней его работе – по сути дела, о работе сугубо переводной. Но при этом все равно весьма примечательной.

Книга вышла в прошлом году и называется совсем просто «Новый Завет: перевод» (David Bentley Hart, «The New Testament: A Translation«, Yale University Press, 2017). А вот о том далеко не простом контексте, в условиях которого работа готовилась, автор рассказывает в своей недавней статье, опубликованной онлайновым культурологическим журналом Aeon.co .

Начинается эта статья такими словами:

В прошлом году я обременил англоязычный мир своим собственным переводом Нового Завета. За этот проект я взялся с подачи моего редактора в издательстве Йельского университета, но согласие дал практически в тот же самый момент, когда мне это предложили. Потому что я и сам давно уже замышлял предпринять «подрывное буквальное» воспроизведение данного текста на нашем языке.

На протяжении многих лет работы меня все больше и больше разочаровывали практически все стандартные переводы, имеющиеся у исследователей, а в особенности версии современные, подготовленные большими коллективами ученых. Многие из которых (как мне кажется) под влиянием унаследованных богословских привычек изначально предрасположены видеть в данном тексте такие вещи, которых в действительности там нет. А также упорно не замечают вещи другие, которые совершенно определенно там имеются.

Все подобные ученые советы – это такие мягкие и услужливые дела, которые имеют вполне четкую тенденцию – отвечать нашим ожиданиям. Вот только мир поздней античности настолько далек от мира нашего, что он почти никогда нашим ожиданиям не соответствует.

Далее же, сразу после этого вступления, Харт переходит к краткому разбору одной из самых неверно трактуемых ныне частей Нового Завета – той, где собраны тексты апостола Павла. Для всех читателей, смутно представляющих себе историю раннего христианства, здесь необходимо пояснить, почему понимание учения Павла является особенно важным для понимания сути этой религии в целом.

Читать «Гностицизм апостола Павла» далее