Каждый шаг оставляет след

(Октябрь 2005)

Если вы являетесь счастливым обладателем цветного лазерного принтера, то с очень большой вероятностью каждая распечатка, сделанная вашим аппаратом, содержит в себе невидимые для невооруженного глаза «водяные знаки».

footsteps2

Возможно, это выглядит как микроскопические бледно-желтые точки, уложенные в особый «код трассировки», смысл которого вполне понятен для сотрудников американской спецслужбы Secret Service и правоохранительных органов других стран, ведающих вопросами финансовой безопасности.

Код трассировки цветных лазерных распечаток негласно зашит в аппаратуру практически всеми ведущими изготовителями принтеров специально для выявления поддельных банкнот и розыска выпускающих их фальшивомонетчиков.

Нельзя сказать, что информация о такой трассировке — сенсационная новость. И представители спецслужб, и сотрудничающие с ними в подобных вопросах фирмы, выпускающие печатающее оборудование или программы для работы с изображениями, всегда сдержанно признают, что занимаются встраиванием особых средств против фальшивомонетчиков.

Однако в подробности этих средств и в детали выводимой распечатками информации, по понятным причинам, предпочитают никогда не вдаваться. Чем, естественно, сильно возбуждают правозащитные организации, озабоченные насаждением чрезмерной секретности и пренебрежением к правам человека на тайну личной жизни.

И вот теперь одна из таких организаций, технологически наиболее продвинутая американская Electronic Frontier Foundation, впервые вскрыла и опубликовала код трассировки для принтера DocuColor фирмы Xerox. Данная работа является частью более масштабного проекта EFF, именуемого «Технологии кодов машинной идентификации».

Читать «Каждый шаг оставляет след» далее

Новая мифология

(Февраль 2013)

Все знают, кто такие хакеры. Сейчас для большинства это слово звучит почти как преступники. Но так было не всегда. И ныне изначальный смысл термина хакер понемногу возвращается. Желательно понимать, почему это важно.

3.Anonymous-Expect-Us

Во все времена всякая власть с опаской и подозрением относилась к компетентным людям, хорошо знающим свое дело, а потому имеющим тенденцию к самостоятельному мышлению и независимым суждениям. В древности это было свойственно шаманам и магам, с наступлением же эры высоких технологий обостренное раздражение властей стали вызывать так называемые «хакеры».

Сейчас уже никто, наверное, и не скажет, в какой момент к термину хакер прирос криминальный смысл. Обычно в этом принято винить поверхностных журналистов и киношников, не способных провести грань между пытливым исследователем-профессионалом и каким-нибудь кракером. То есть безответственным или злонамеренным негодяем, использующим чужие результаты в собственных корыстных интересах.

Для понимающих людей, уважающих изначальный смысл термина, под хакингом обычно понимается процесс проникновения в суть той или иной вещи. Конечный результат процесса – понимание того, «как это работает», что зачастую сопровождается дельными предложениями по улучшению работы. Давно отчеканенная формула «хакеры построили Интернет» в данном контексте – вовсе не преувеличение, а просто констатация факта.

В структурах же, обладающих властью и влиянием (будь то государства или мегакорпорации) понимание хакинга совершенно иное. Хакеров здесь принято воспринимать нормально лишь в том случае, если они работают непосредственно на тебя.

Для всех же прочих «дюже умных» либо уже принята, либо находится в стадии (обычно тайной) подготовки куча драконовских законов. В которых как серьезные уголовные преступления трактуются не только обычные приемы компьютерного хакинга, но даже эксплуатация программ и сервисов с нарушением правил, установленных поставщиком.

Именно по этой причине за компьютерные преступления в судах США ныне выносят несоразмерно суровые приговоры со сроками заключения, намного превышающими наказания за умышленные убийства. А правовая картина в целом пестрит совершенно абсурдными ситуациями.

Типа того, что студент, тихо проникший в сеть колледжа и немного помудривший там над базой данных с оценками, ныне может запросто получить пять лет тюрьмы. А вот если бы он пришел в колледж с кувалдой и просто разгромил серверное оборудование в хлам, то получил бы за свое хулиганство от силы год…

Вряд ли надо объяснять, что налицо совершенно ненормальное положение дел, свидетельствующее о больших проблемах, имеющихся у властей и публики не только с пониманием природы хакинга, но и степени его социальной опасности. К счастью, однако, именно в настоящее время все более отчетливо начали появляться признаки оздоровления ситуации.

Когда не только обычные люди, но даже политики в госструктурах понемногу начинают воспринимать и хакеров, и их значение для общества в корне иначе. Однако процесс этот идет весьма непросто и противоречиво, так что по каждому из отдельных эпизодов сразу и не поймешь, как происходящее воспринимать.

И дабы ясности тут стало больше, полезно рассматривать последние события на общем культурологическом фоне, так сказать. Привлекая известные примеры из мифологии, литературы и истории. А в качестве структурирующего принципа взять известное эссе Хорхе Луиса Борхеса «Четыре цикла».

В этой совсем небольшой по форме, но очень глубокой по мыслям работе Борхес выделил четыре главных, архетипических сюжета, которые с древнейших времен и до наших дней пронизывают всю мировую культуру, повторяясь в самых разнообразных вариациях:

Историй всего четыре… И сколько бы времени нам, как человечеству, ни осталось на этой планете, мы будем пересказывать их – в том или ином виде.

0_aaron_swartz

(1) САМОУБИЙСТВО БОГА

Читать «Новая мифология» далее

Искусство быть честным

(Июль 2003)

GIA-Watching-Watchers

“Все искусство государственного управления сводится лишь к одному искусству — быть честным”, — говорил когда-то автор проекта Декларации независимости США и третий президент этой страны Томас Джефферсон.

Слова, что ни говори, очень красивые, и нет ничего удивительного в том, что одним из главнейших национальных достояний США, да и вообще всей человеческой цивилизации, принято считать принципы народовластия и базовых гражданских свобод, заложенные когда-то Джефферсоном и его соратниками в основу американского государства.

Поразительно иное: как на этом благородном фундаменте сумел вырасти в корне иной образ типичного современного политика — лживого, продажного, лицемерного и корыстолюбивого.

Впрочем, отцы-основатели США здесь скорее всего ни причем, поскольку “политика как грязное дело” — явление интернациональное и распространенное повсеместно. Но зато именно в Америке есть еще люди, не только хорошо помнящие, но и пытающиеся возродить благородные заветы предков.

В пятницу 4 июля (2003), явно в честь главного праздника страны, Дня независимости США, два сотрудника исследовательского центра Media Lab Массачусетского технологического института представили согражданам свой подарок — веб-сайт GIA (opengov.media.mit.edu) или “Информационная осведомленность о правительстве” (Government Information Awareness).

Эта инициатива стала своеобразной реакцией той части общества, что крайне встревожена перспективами скорого разворачивания мощной федеральной системы TIA для массовой слежки за гражданами США и иностранцами. Разработанная в Media Lab система GIA позиционирована как “симметричный ответ на TIA”.

В качестве же главной задачи, поставленной перед проектом, его авторы называют создание единого, всеобъемлющего и простого в использовании хранилища информации о деятельности властей — конкретных людей, ведомств, организаций и корпораций, имеющих связи с правительством США. Читать «Искусство быть честным» далее

Комплекс ГRО

(Январь 2007)

В советские времена была такая традиция — всех мало-мальски дееспособных граждан страны изнурять неким «комплексом ГТО», что расшифровывалось как «готов к труду и обороне».

Ныне и времена сильно другие, и «подготовка к обороне», соответственно, тоже обрела иной смысл. Например, явно пора обратить внимание на технологию RFID.

rfid-tags

Под аббревиатурой RFID (Radio Frequency IDentification tag) принято понимать метки радиочастотной идентификации — миниатюрные, обычно черпающие энергию от радиоволн, чипы, которые прочно крепятся или непосредственно встраиваются в окружающие человека предметы и таким образом наделяют их первичными элементами компьютерной функциональности.

В своем изначальном виде, лет 25-30 назад, технология RFID рассматривалась лишь как чрезвычайно перспективное средство для автоматизации поштучного учета товаров на складах и при транспортировке.

Однако ныне, параллельно с ростом функциональных возможностей RFID, в научных исследованиях это направление расценивают как главный и дешевый путь к реальному воплощению на практике революционной концепции под названием «всепроникающий компьютинг».

Упрощенно говоря, RFID-метки понемногу размывают границы между виртуальным-онлайновым и физическим мирами, позволяя людям одновременно управлять сотнями объектов реального мира, объединенных беспроводной связью. Излагая то же самое чуть иными словами, можно говорить, что RFID становятся как бы нейроклетками-дендритами в цифровой нервной системе глобальной компьютерной сети.

Сегодня RFID-метки могут иметь размер рисового зернышка или меньше, обладая при этом встроенной логикой микроконтроллера или машины состояний. Непременными элементами являются также антенна для связи и относительно небольшая память, постоянная и/или электрически перепрограммируемая.

Пассивные чипы-метки, составляющие подавляющее большинство RFID, получают питание исключительно от радиоволн устройства-ридера, считывающего с них информацию. Для целого ряда приложений имеются также и активные метки, содержащие в своей схеме собственную батарею.

При использовании стандартных ридеров, пассивные RFID-метки низкой частоты (125-135 КГц) считываются на расстоянии до 30 см; высокочастотные метки (13,56 МГц) на расстоянии до 1 м; ультравысокочастотные чипы (2,45 ГГц) — до 7 метров. Что же касается активных RFID, то они работают на расстояниях до 100 метров или больше.

Первая ступень: RFID в быту и их блокирование

Технология RFID по сию пору считается довольно молодой, однако разнообразие придуманных и уже энергично внедряемых для нее приложений столь велико, что для их описания не хватит и книги.

Поборники новаций уверены, что когда RFID-чипы развернутся как следует, то люди вообще забудут о таких вещах, как, например, электрические провода, кассовые аппараты в магазинах, кредитные карточки или мелочь в кошельке.

Системы контроля доступа на основе RFID принципиально изменят то, как будет выглядеть пересечение государственных границ, проход в охраняемое здание или получение платных услуг вроде взятия напрокат автомобиля.

Столь же радикально может измениться и повседневный быт в жилищах — от умных холодильников, стиральных и посудомоечных машин, которые всегда сами знают, что и зачем в них помещают, до интерактивных детских игрушек или систем помощи престарелым.

Благодаря RFID-меткам и повсеместно расположенным устройствам их считывания, уверены сторонники прогресса, вообще перестанут теряться домашние животные, а за конкретным местоположением детей в саду, школе или на прогулке родителям и педагогам всегда можно будет легко проследить.

Но это все, увы, лишь одна, самая яркая и блестящая сторона многообещающей технологии. С другой же стороны, RFID-направление развивается сегодня столь стремительно, что заметно обгоняет какие-либо возможности по контролированию процессов эволюции.

А это весьма существенно, поскольку те же самые легкость использования и всепроникающая способность, что делают технологию RFID столь революционной, предоставляют и широчайший простор для злоупотреблений — хищений, скрытой слежки и шантажа на основе автоматизированного сбора компрометирующих профиль-досье. Читать «Комплекс ГRО» далее

Говорит и показывает

(Сентябрь 2009)

Громкоговорящие камеры видеонаблюдения как средство борьбы с преступностью

eye-sky

– Вы покойники, – раздался железный голос у них за спиной.
– Это за картинкой, – прошептала Джулия.
Гравюра упала на пол, и за ней открылся телекран.
– Теперь мы вас видим, – сказал голос. – Встаньте в центре комнаты. Стоять спиной к спине,  руки за голову.

(Джордж Оруэлл, «1984»)

Есть какая-то воистину поразительная историческая ирония в том, что страна, некогда подарившая миру великий антитоталитарный роман-предупреждение «1984» с его Большим Братом, уже давно и прочно лидирует на планете по числу видеокамер, непрерывно следящих за населением.

Причем многими миллионами исчисляемое количество бдительно наблюдающих глаз-объективов в Великобритании – это лишь самая грубая и довольно поверхностная мерка для оценки происходящего.

Потому что британские власти, уже многие годы настойчиво разворачивая по всей стране густые сети видеонаблюдения, напирают не только на число, но и, так сказать, на умение. Или на наиболее продвинутые технологии контроля за безопасностью, другими словами.

Цифровые видеокамеры оборудуются широкополосной беспроводной связью, что обеспечивает им высокую мобильность. Дополняются алгоритмами выявления нестандартного поведения человека в толпе или средствами автоматического опознания номерных знаков автомобилей для быстрой идентификации владельцев. Пока экспериментально, но с очевидными планами повсеместного развертывания оснащаются технологиями опознания людей по лицу и инфракрасными средствами слежения для точного установления числа пассажиров в транспортном средстве.

Главной же «фишкой» текущего сезона стало широкомасштабное, сразу в двадцати с лишним регионах Британии, оснащение уже установленных всюду видеокамер полиции репродукторами-громкоговорителями. Новое средство теперь позволяет операторам наблюдения лично вмешиваться в ход событий, разворачивающихся на экранах мониторов, что по мысли властей должно укрепить правопорядок и сократить уличную преступность. Читать «Говорит и показывает» далее

Забавные игрушки, или Мифы биометрии

(Компиляция на основе публикаций 2002-2003 годов)

Почему компетентные эксперты считают, что биометрия – «это для удобства, а не для безопасности». И как умельцы демонстрируют, что провозглашаемая безопасность биометрических систем – это сплошной обман.

biometrics-m

Государственные структуры, радеющие за повсеместное применение биометрических систем опознания, и конечно компании, продающие на рынке такого рода аппаратуру, всячески заверяют общество, что это – высшее достижение современных технологий безопасности, очень надежное и практически не поддающееся обманам и злоупотреблениям.

Реальное же положение дел в этой области выглядит, мягко говоря, абсолютно иначе.

Японские «умелые руки»

В начале 2002 года японский криптограф Цутомо Мацумото более чем наглядно продемонстрировал, что с помощью подручного инвентаря и недорогих материалов из магазина «Умелые руки» можно обмануть практически любую из биометрических систем контроля доступа, идентифицирующих людей по отпечатку пальца.

Мацумото и группа его студентов в Университете Иокогамы не являются профессионалами в области тестирования биометрических систем, а занимаются математическими аспектами защиты информации. Однако, даже чисто любительского энтузиазма исследователей хватило на то, чтобы создать две крайне эффективные технологии для изготовления фальшивых дактилоскопических отпечатков. [TM02]

При первом (тривиальном) способе японцы делали непосредственный слепок с пальца «жертвы», для чего использовался обычный пищевой желатин и формовочный пластик, применяемый авиа- и судомоделистами.

Полупрозрачную желатиновую полоску-отпечаток можно незаметно прилеплять к собственному пальцу и обманывать компьютерную систему доступа даже в присутствии поблизости охранника. Эта нехитрая технология сработала в 80% случаев при тестировании более десятка коммерческих приборов биометрической защиты.

Но еще более эффективен оказался «высокотехнологичный» способ, разработанный группой Мацумото в воодушевлении от первого успеха. При этом методе уже не требуется сам палец, а просто аккуратно обрабатывается один из оставленных им отпечатков (согласно исследованиям экспертов, человек ежедневно оставляет на различных предметах в среднем около 25 отчетливых «пальчиков»).

Взяв отпечаток «жертвы» на стекле, исследователи улучшили его качество с помощью циан-акрилатного адгезива (паров супер-клея) и сфотографировали результат цифровой камерой. Затем с помощью стандартной программы PhotoShop на компьютере была повышена контрастность снимка, после чего его распечатали принтером на прозрачный лист-транспарант.

Для изготовления же объемного отпечатка Мацумото воспользовался методом фотолитографии: в магазине для радиолюбителей студенты купили светочувствительную печатную плату-заготовку, спроецировали на нее «пальчик» с транспаранта и вытравили отпечаток на меди. Эта плата стала новой формой для изготовления желатинового «фальшивого пальца», который оказался настолько хорош, что обманывал практически все из опробованных биометрических систем, как с оптическими, так и емкостными сенсорами.

Более того, после некоторой тренировки желатиновый слепок позволил исследователям-любителям преодолевать и более продвинутые системы, оборудованные «детекторами живого пальца», реагирующими на влажность или электрическое сопротивление. И нет никакого сомнения, что профессионалам в этой области удается проделывать много больше.

Короче говоря, пользуясь комментарием известного крипто-гуру Брюса Шнайера, можно говорить, что полученных результатов вполне достаточно для полной компрометации подобных систем и для того, чтобы отправить многочисленные компании дактилоскопической биометрии «паковать вещички». [BS02]

fingr

Самое же неприятное, что настоящим специалистам в области биометрии все эти факты известны давным давно. Широкая публикация в Интернете результатов группы Мацумото позволила привлечь внимание к значительно более раннему исследованию голландцев Тона ван дер Путте и Йероэна Койнинга, уже давно разработавших собственную технологию, обманывающую 100% из доступных на рынке биометрических систем распознавания отпечатка пальца. Все попытки этих ученых достучаться до компаний, изготовляющих оборудование, закончились ничем, а полученные ими результаты просто всяческими способами замалчивались. [PK00]

Забавные игрушки

Вслед за эффектной работой японских исследователей из Иокогамы, на страницах средств массовой информации стали появляться сообщения и о других исследовательских проектах, очень серьезно компрометирующих биометрические системы самых разных конструкций. Читать «Забавные игрушки, или Мифы биометрии» далее

Код свободы

(Август 2013)

Не архиважное, на первый взгляд, событие – решение американского суда об аннулировании патентов на пару конкретных генов в ДНК человека – в действительности имеет огромное значение для всех людей планеты.

take-back-our-genes

Суть собственно события, произошедшего 13 июня 2013 года, сводится к тому, что Верховный суд США поставил точку в тянувшейся уже четыре года тяжбе и единогласно постановил, что гены – как фрагменты естественной ДНК – являются продуктом природы, а потому не подлежат патентованию.

Для выбора взвешенной точки зрения на всю эту большую историю, представляется полезным в первую очередь ознакомиться с такими фактами.

В геноме человеческой ДНК ученые насчитывают свыше 20 тысяч генов. Благодаря достижениям современных технологий секвенсирования, ныне практически любой человек – при наличии желания и денежной суммы порядка 4 тысяч долларов – может заказать и получить полную расшифровку лично своей уникальной ДНК.

Не надо быть гением математики и биотехнологий для постижения того, что  расшифровка всего лишь двух, трех или четырех конкретных генов должна обходиться если и не в тысячи, то в сотни раз дешевле уж точно.

Однако в том мире, который выстроили для человека государства и корпорации, подобная наивная логика не работает совершенно.

Так что в реальной жизни, если этот человек – женщина, и если ее интересует не столько весь собственный геном, сколько всего-лишь два конкретных, очень важных для ее здоровья гена, мутация которых означает повышенные риски рака груди и яичников, то стоимость этой расшифровки определяют совсем другие деньги.

Или точнее говоря, не другие, а в точности те же самые – от 3 до 4 тысяч долларов, но теперь за диагностику лишь двух этих генов, носящих названия BRCA1 и BRCA2. Потому что американская компания Myriad Genetics уже около двадцати лет владеет патентами на эти гены и давно организовала вокруг «своей интеллектуальной собственности» монопольный диагностический бизнес.

Так что цена на вполне обычные, в общем-то, для современной медицины генетические анализы устанавливается не на основе их реальной стоимости, а исключительно на основе жадности корпорации, которую интересуют лишь собственные сверхприбыли и монопольное доминирование.

Благодаря такой стратегии уровень ежегодных доходов Myriad к 2012 году составил около 500 миллионов долларов, а лично глава фирмы Питер Мелдрам (Peter Meldrum) за 2011 год заработал 4,87 миллиона.

Монополия Myriad Genetics является особо впечатляющим, но при этом, конечно, далеко не единственным примером крайне нехорошей ситуации в той многомиллиардной индустрии, что успела сформироваться вокруг патентования генов.

Мало того, что при подобных подходах к бизнесу наиболее страдающей стороной оказываются люди, и так уже попавшие в тяжелую ситуацию из-за проблем со здоровьем. Так еще и личные гены людей, как убеждены околомедицинские корпорации, принадлежат не человеку, а владельцам патентов, объявляющих эти гены их «интеллектуальной собственностью»… Читать «Код свободы» далее

Слово и дело

(Впервые опубликовано – апрель 2006)

Рецензия на книгу-сборник “Криптоанархия, кибергосударства и пиратские утопии”, Ультра.Культура, 2005

crypan

В ноябре 2005 года английский журнал Prospect Magazine опубликовал список из ста наиболее влиятельных в мире интеллектуалов. Рейтинг этот был составлен на основании опроса свыше 20 тысяч читателей журнала в разных странах планеты, и хотя он и не отражает, конечно, мнение “всего прогрессивного человечества”, однако все равно интересен — хотя бы масштабностью мероприятия.

А также, ясное дело, взглядами и идеями личностей, оказавшихся в самых верхних строчках этого списка. Ибо первое место в “Top100 интеллектуалов” занял человек по имени Ноам Хомский, знаменитый американский ученый-лингвист и один из самых видных на Западе критиков международной политики США.

Значительно меньше известно, что Хомский с ранней молодости и по сию пору (в 2008 г. ему исполняется 80 лет) продолжает оставаться убежденным анархистом, постоянно старающимся донести до людей истинный смысл идей анархизма.

Потому что любое государство — от “империалистических” США до “большевистского” СССР — всегда усматривает в идеях анархии смертельную для себя угрозу, постоянно прикладывая массу усилий для искажения и деформации этого понятия в умах людей. Чтобы слово анархист ассоциировалось у народа с беспорядками, бомбами, терактами и всеобщим хаосом.

А наиболее ходовым определением анархизма чтобы было, скажем, такое, цитируемое по совсем свежему, 2005 года изданию “Энциклопедии криминологии”: “Любое действие, использующее насильственные меры для разрушения организации общества”.

На самом деле все, конечно же, обстоит совершенно иначе, поскольку большинство анархистов используют слово “анархия” для обозначения в корне других вещей.

Вместо того, что трактуется как авторитарные политические структуры и принудительные экономические институты, анархисты выступают за общественные отношения, построенные на основе добровольного объединения свободных личностей в автономные сообщества, действующие на основе взаимопомощи и самоуправления. Читать «Слово и дело» далее

Запрещать нельзя разрешать

(Впервые опубликовано – апрель 2007)

censorship

Начиная любой разговор о цензуре вообще и об интернет-цензуре в частности, разумно сразу согласиться, что проблема эта в принципе не имеет решения. Уже потому, хотя бы, что разные люди понимают под данным термином крайне разные вещи.

Одни видят в цензуре необходимое средство социальной защиты и контроля, помогающее удержать граждан от полного сползания в мир животных и низменных страстей, вроде похоти, игрового азарта и всепоглощающей ненависти к ближним (особенно, если эти ближние — инородцы с другой формой носа, разрезом глаз или цветом кожи).

Ну а для других цензура — это, прежде всего, инструмент подавления свободы, с помощью которого власти пытаются в корне давить критику в свой адрес, установить полный контроль не только за словами, но и мыслями населения, а также воспрепятствовать любым попыткам надзора общества за неблаговидными действиями элиты.

Читать «Запрещать нельзя разрешать» далее

Quis custodiet ipsos custodes?

(Впервые опубликовано – февраль 2008)

Извечный вопрос «Кому следить за следящими?» становится актуален как никогда. 

surveillance5

Общества эндемической слежки

На протяжении последних десяти лет несколько правозащитных организаций США и Британии ежегодно составляют так называемый «Международный рейтинг приватности» [см. сайт Privacy International].

При подготовке исследовательского отчета для формирования рейтинга все государства мира анализируются и оцениваются по длинному списку параметров примерно такого рода: конституционная и юридическая защита приватности; удостоверения личности и биометрия; объединение баз данных, накапливающих разную персональную информацию; средства визуальной слежки; перехват коммуникаций граждан; пограничный контроль; мониторинг на рабочих местах; масштабы доступа правительства к приватным данным. Ну, и так далее.

Итоговое расположение государств на этой своеобразной шкале всегда приносит те или иные сюрпризы, однако нынешний – юбилейный 10-й – рейтинг приватности можно считать особо примечательным. Потому что в самом-самом низу этого рейтинга, или, если угодно, в первом ряду государств, наиболее интенсивно вторгающихся в личную жизнь своих граждан, оказались не только Китай и Россия (что неудивительно), но также США и Великобритания.

Для государств этого разряда в рейтинге отведена особая, низшая категория под названием «endemic surveillance societies» или «общества эндемической (т.е. природно-присущей данной местности) слежки».

В том, сколь стремительно некогда свободные и демократические страны дошли до уровня держав, совсем недавно именовавшихся тоталитарными, далеко не последнюю роль сыграли мощно развивающиеся инфотехнологии. Компьютеры и сети обеспечили столь грандиозный прогресс средствам слежки, идентификации и пограничного контроля, что законы и вообще вся правовая база, управляющая сбором и хранением информации о населении, оказались безнадежно устаревшими и совершенно неадекватными современному уровню техники.

У демократического общества, по сути дела, не оказалось аппарата, с помощью которого можно было бы четко установить, что именно государство ныне знает о своих гражданах, и насколько (не)серьезна защита этих чувствительных к разглашению или компрометации данных.

Тенденции современности

В отчете-рейтинге правозащитников из Privacy International/EPIC среди наиболее существенных тенденций отмечены следующие.

Читать «Quis custodiet ipsos custodes?» далее